Магдалена осталась у стола, сжимая ладони в кулаки. В её душе зажглась искра, тонкая и тёплая: чувство предательства углубляло решимость. Она поняла, что не просто потеряла невинность — она оказалась в сети, сплетённой не только законами и контрактами, но и личными прихотями тех, кто считал себя вправе решать судьбы.
Магдалена, с влажными глазами и дрожащими пальцами, подходит к окну. Рим лежал перед ней — огромный, шумный и чужой. Ветер трепал занавески, как бы напоминая: мир идёт дальше. Но теперь её путь стал другим: внутренняя борьба началась, и эта борьба обещала превратить трещину в щит — но позже, не сейчас. Сейчас ей оставалось скрыть свою боль и найти способ жить среди тех, кто уже сделал её частью запретной и опасной игры…
«Она стала игрушкой своего свекра …»
От автора:
Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?
Вы в шоке? Я в шоке…
Что будет дальше?
Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️
Глава 9. «Прикосновения»
Песня к главе: Dean Raven - Show me
Всё рождается из малого. Наша любовь родилась из одного нечаянного прикосновения.
Эльчин Сафарли
Я вернусь
Сад при особняке тянулся к морю зелёной лентою: кипарисы и оливы, террасы с мраморными статуями и дорожки, запорошенные опавшими лепестками. В утреннем свете всё казалось мягче — даже власть, которая здесь жила, становилась тенью, чуть более терпимой. Магдалена вышла в сад, потому что воздух здесь был будто единственным местом, где можно было попытаться дышать полной грудью.
Она устроилась на лавочке у розового кустарника; кто-то из слуг принес ей чашку слабого чая. Работа в саду была медленной и тёплой, как воспоминания, и Магдалена позволила себе минуту внешнего спокойствия. В тенёчке хозяйничала Поварица — женщина с руками, закалёнными годами работы у богатых семей. Жёлтая косынка, морщины и взгляду, что привык к чужим слезам и радостям, сделали её лицом, которому хочется довериться.
— Вы одна? — спросила повариха, она работала на веранде, месила тесто.
— Пока что одна, — ответила Магдалена, и в её голосе слышалось то, что она сама ещё не осознавала: усталость, тревога и неумение прожить этот день так, как будто ничего не случилось.
Женщина представилась — Чечилия. Она говорила спокойно, с улыбкой. Говорила о тратах на кухню, о том, как в доме меняется меню, когда приезжают гости, о капризах господ и суете слуг. Магдалена слушала и, в какой-то момент, решилась спросить о Вальтеро. Имя хозяина дома висело в воздухе как тяжелый дым, и она стремилась знать правду, хоть и боялась услышать её.
Чечилия взглянула на неё так, будто взвесила и блюдо, и судьбу.
— Синьора, — сказала она тихо, — господин Вальтеро — человек сложный. Он нежный с теми, кого считает своими, и холоден с теми, кто мешает. Люди о нём шепчут по-разному. Была у него одна любовная история, но о ней умалчивают... — женщина сделала паузу, — бывшая его любовница... да, ходили слухи. Молодая была, красивая. Пропала однажды. Люди говорили... шептались, что это было не случайно, а рук Вальтеро. Я сама не видела. Но в доме такого рода шёпоты не рождаются из пустоты.
Слова упали на Магдалену, как холодный дождь по раскалённой плите. В её груди что-то переклинило: память на минуту взмолилась, чтобы вернуть другое решение, другой путь. Она остолбенела: тут, в этом саду, где было так мирно, шум внутренней тревоги стал громче любых голосов.
— Вы думаете, он может быть опасен? — спросила она, губы её тряслись.
— Он опасен для тех, кто посмеет его обидеть, — ответила Чечилия, и в этом голосе был опыт женщины, которая не советует, а предостерегает. — Держитесь от него подальше, синьора. И слушайте своё сердце.
Магдалена кивнула, но кивок был ветром — слабым и бессильным. Она поблагодарила женщину и осталась одна с мыслями, которые теперь словно стали более острыми.
***
Тем временем в одном из ресторанчиков на набережной, где подают свежие моллюски и вино льётся рекой, Джованни и Маттео сидели за столиком у окна. На них смотрел рассвет Рима и случайные прохожие — жизнь тех, у кого всегда есть завтра. В тот момент к ним подошла Наталина — та самая красивая блондинка, не забывшая свою роль и право на притяжение.
— Я не хочу верить слухам, — сказала она, садясь без приглашения и отбирая сигарету у Маттео. — Ты правда женился?