Добро пожаловать в тёмную сторону
Италии — туда, где солнце лишь маска, скрывающая настоящую суть.
В мир, где правят тьма и мрак, где судьбы покупают и продают, а решения принимают те, чья совесть давно захоронена под тяжестью власти.
В мир, где у слабых нет шанса, у честных нет будущего, а у любящих — нет права на выживание.
Здесь пощады не существует — есть только расчёт, кровь и жадность.
Здесь искренность считается слабостью, а слабость — смертельным грехом.
Здесь каждый шаг может стать последним, а каждое прикосновение — началом конца.
Здесь любовь — роскошь,
а преданность — валюта.
Здесь грех стоит дешевле истины, а любой, кто пытается остаться чистым, неизбежно становится жертвой.
Это место, пропитанное развратом, безумием и тягучими тенями, которые прилипают к коже и душе.
Место, где грех давно стал обыденностью, а страсть — оружием, опаснее любого огня.
Он ломает, шепчет, искушает.
Он забирает всё — и взамен дарит лишь то, что запрещено.
И это — мой мир.
Мир запретной страсти,
вины и невыносимо
сладкого искушения.
Мир, который не отпускает.
Мир, в котором я давно уже не гость...
а пленница собственного сердца.
Глава 1. "Мажор" 18+
Песня к главе: Maneskin - Zitti E Buoni
Деньги портят человека. Деньги дают человеку возможность раскрыть лучшие свои качества, которые он не может проявить в бедности. Деньги толкают на подлость. Деньги позволяют быть великодушным. Ради денег человек способен на всё...
Александра Маринина
Бой тигров в долине
— Тридцать три, — подумал Джованни, глядя на переливающееся море света, которое раскинулось под арками Колизея. — Возраст, когда уже полагается быть серьёзным человеком, но тебе всё ещё хочется оставаться ребёнком, который играет с чужими судьбами ради собственного удовольствия.
Ночь плавно опустилась на Рим, и руины древнего амфитеатра, который служил сценой для империй и битв, превратились в декорацию для праздника другого рода: всего лишь один вечер — и мир, который привык править в тени, показывал своё лицо. Колизей был арендован целиком — не просто аренда, а жест: когда твоя семья может закрыть историческое сердце города ради одной ночи, это значит, что у тебя есть власть, деньги и право диктовать правила.
Вальтеро Гамбино не просто имел влияние — он имел страх, и страх этот шел в комплекте с уважением. По всей Сицилии о нём говорили шёпотом; в Риме его имя звучало как приговор.
Джованни родился с золотой ложкой во рту. Его детство было украшено лампами дворцов и шепотом людей, которые знали, как поднимать бокал в нужный момент. Он знал, что такое роскошь не понаслышке: поездки на яхтах, роскошные автомобили, закрытые клубы, ювелирные изделия, которые стоили, как дорогущие особняки. Но роскошь не наполняла пустоту; она лишь подчёркивала её. И вот он стоял посреди толпы, окружённый друзьями, которые отличались от него лишь происхождением — все они были детьми тех, кто рулит Италией из тени и сверху. Они были мажорами нового поколения: образованные, сытые, слегка скучающие от жизни, где смысла мало, а удовольствий — в избытке.
— Ты был прав, Джованни, провести твой 33 день рождения в Колизее было лучшим решением. А какие здесь тёлочки... — друг облизнулся и сделал глоток крепкого алкоголь.
Его звали — Маттео Сантини, высокий и широкий, сын короля ювелирного рынка, держал бокал, как реликвию. Он смеялись громко, потому что смеётся тот, кого не тяготят думы о последствиях. Маттео был известен не только сыном ювелира, но и тем, кто любил громкие вечеринки, женщин и разврат. Все вокруг об этом знали. Он меня женщин чаще – чем успевал моргать.
А рядом с ними стоял Риккардо, младший брат Джованни, он отличался от старшего брата, был умен, воспитан до блеска, с интернациональным образованием, он смотрел на празднование с лёгкой ироничной дистанции. В его глазах бродила мысль, что можно получить всё — и всё при этом потерять. Но Риккардо — тот редкий человек, который знает цену словам и обещаниям; Джованни знал: брат — его единственный настоящий препятник и, может быть, единственный, кто мог бы однажды сказать «стоп».