Особенно он.
Глава 3
Ад. Это было единственное слово, способное описать стадион. Грохот трибун, вопли болельщиков, резкий запах пота и травы – все сливалось в оглушительный, давящий хаос. Я ненавидела регби. Ненавидела эту демонстрацию грубой силы, этот вопль Альфа-энергии, висевший над полем тяжелым одеялом. Но Катя, моя единственная подруга здесь, умоляла прийти.
Поддержать команду! Посмотри на них, Соф, какие же они мощные!
Особенно один, – не сказала она, но я знала, о ком она думала. О Диего Варгасе. Капитане. Несокрушимой скале команды.
Мы сидели в первом ряду, слишком близко к полю. Я вжалась в холодный пластик сиденья, стараясь быть незаметной, как всегда. Катя визжала от восторга, когда Диего, черная молния в форме с номером «1», прорывался сквозь защиту соперника. Он двигался с хищной грацией, его тело – сплав силы и ярости. Даже я, сквозь страх и отвращение, не могла не признать его мощь. Магнитная буря под моей кожей гудела тревожно, как предупреждение.
И тогда это случилось.
Столкновение. Грохот, от которого сжался желудок. Два огромных игрока соперника, как тараны, сшиблись с Диего одновременно. Я даже вскрикнула. Он взлетел в воздух, неестественно скрутившись, и рухнул вниз, как подкошенный дуб. Прямо перед нами. Не на поле. В ограждение, в самый край нашей лавочки.
Удар сотряс металл. Пластиковое сиденье подо мной дернулось, я инстинктивно вскрикнула, вжалась еще сильнее.
И… вдохнула.
Глубоко, судорожно, от шока. Воздух вокруг него был густым. Насыщенным. Как будто в него влили расплавленный металл, перец и что-то дикое, первобытное. Его запах. Его феромоны, вырвавшиеся наружу в момент удара, адреналина и ярости. Альфа. Агрессивный. Доминантный. Невыносимый. Я почувствовала его запах… но как?
И во мне… что-то щелкнуло.
Словно лопнула невидимая плотина. Из самого центра, из низа живота, хлынула волна огня. Стремительная, всепоглощающая. Она сожгла все на своем пути – страх, мысли, контроль. Горло перехватило. Тело вспыхнуло, как факел. Между ног – горячая, стыдная влага. Сердце забилось так бешено, что боль отдавала в виски.
Нет. Нет-нет-нет! Не сейчас! Не здесь!
Пробуждение.
Я услышала собственный стон. Громкий, жалкий. Катя резко обернулась, ее глаза округлились от ужаса.
— София? Что с тобой? Ты… — ее нос сморщился. Она почувствовала. Все вокруг начали чувствовать. Шепот пробежал по рядам, как огонь по сухой траве. Головы поворачивались. Сотни глаз. Любопытные. Осуществляющие. Голодные. Омега. Раскрылась. Прямо здесь
— Мне… плохо… — прошептала я, хватая Катю за руку. Голос был чужим, сиплым. Огонь лизал внутренности. Волна тошноты подкатила к горлу.
Я вскочила, едва не падая. Ноги подкашивались. Я пробивалась сквозь оцепеневших зрителей, чувствуя, как их взгляды прожигают спину. Как их нос ловит мой новый, неконтролируемый аромат – сладкий, цветочный, невероятно притягательный для Альф, невыносимо стыдный для меня.
Позор. Публичный позор.
Я залетела в туалет и захлопнула кабинку, задвинула защелку, прислонилась к холодной двери, трясясь как в лихорадке. Слезы хлынули градом. Тело горело, предательски пульсировало. Течка. Вот-вот начнется настоящая течка. Здесь. В туалете стадиона. Паника сжимала горло. Я рылась в кармане, доставая телефон. Мама. Нужна мама. Она знает, что делать. Она…
Гудки. Длинные, бесконечные гудки. Потом голосовая почта. Я готова была заорать, но вышел только сиплый хныкающий вой. Мама, это София! Позвони срочно! Пожалуйста! Мне… мне очень плохо!
Она не взяла. Не взяла трубку в этот самый ужасный момент! Истерика подступала. Я нажала на другую иконку. Диас.
Он ответил на второй гудок. Голос сонный, раздраженный.
— Соф? Что случилось?
— Д-Диас! – мой голос сорвался на визг. – Приезжай в университет, пожалуйста! Я… я раскрылась! Здесь все и мне страшно… Пожалуйста…
Тишина в трубке. Потом резкий выдох.
— Блин, Соф… Ладно. Сиди где-нибудь, не высовывайся. Через двадцать минут буду у восточных ворот. Спрячься, поняла?
Он бросил трубку. Спрячься. Легко сказать. Как спрятаться, когда твое тело само кричит на весь мир о том, кто ты? Когда каждый свободный Альфа в радиусе километра уже навострил уши?