Дойдя и найдя, вошли в кабинет местного босса. Босс, здоровый полный дядя, назвался Филом и поинтересовался причиной нашего появления. Представившись в ответ и представив Михаила, я протянул ему послание от начальства «Восточной Европы», давя в себе желание поинтересоваться, некро- он или педо-, а может и вовсе механо — Фил. Факт существования документа вызвал у него удивление средних размеров — челюсть не отвалилась и височки не поседели, содержание восторга не вызвало, но и недовольства и возмущения тоже. Хмыкнув и потерев загривок, он поинтересовался — а чего, собственно, мы, а точнее, я, хочу. Человеком он показался нормальным, зубы посекундно не оскаливал в улыбке, а если улыбался — то всем лицом и глазами особенно, поэтому я спросил разрешения начать с самого начала (через переводчика Мишку) и, получив его, вывалил всё — не в смысле «в начале было слово…», а в смысле «Все там, а я здесь». После добавил, что полагаюсь на его мнение и вкус в этом вопросе (в смысле транспорта) и что благодарность моя не будет знать границ в пределах разумного, а может, и перейдёт её.
Во время рассказа Фил хмыкал, охал и тёр загривок так, что я начал подумывать о сопровождении его в местный ожоговый центр. Дождавшись окончания перевода, он на пару минут задумался, а потом встал и предложил следовать за ним. Ну, мы встали и пошли на выход.
С час, наверное, мы втроём ходили, осматривали, залезали и вылезали, крутили ручки и баранки, двигали «под себя» сиденья и выслушивали предложения и объяснения Фила. Его лицо с каждой минутой делалось всё задумчивее, и наконец он предложил пройти в холодок и побеседовать. Мы прошли в его офис, подоили кулер и расселись.
— Дэн, каково решение?
— Блин, Фил, глаза разбегаются…Столько вкусностей… Что хватать — не знаю! Это ж осуществлённая мечта — автосалон-фри! А сам-то что посоветуешь?
— Мы с тобой в разном положении и вообще разные. Я сюда ехал сам, а ты попал по воле Божьей а не по своей, а это боооольшая разница. Поэтому выслушай. Жить тебе негде, дела своего или занятия по душе пока тоже. Всё, что у тебя есть — ты сам, кошка и вот эта — он потряс орденскую цидулю — волшебная бумажка. Поэтому вот тебе совет: сейчас ты у меня ничего не берёшь. Болтаешься до вечера по Базе, занимаешься чем хочешь до вечера, а вечером на поезде валишь на «Западную Европу». Там ночуешь (Мишка выражал огорчение и печаль), а утром идёшь в такую же контору, как моя. Там находишь Марко Шрайдера — он там зам босса и мой знакомый — я вечером с ним свяжусь и о тебе расскажу. У них там и выбор побогаче, и грузовики есть — и гражданские, и военные. А не подойдёт ничего — вернёшься, и будем думать дальше, бумага твоя «срока годности» не имеет. Да, кстати — Марко и по-русски умеет, так что… Да, отметку ещё поставлю, что бы за проезд не платить и вообще вопросов не было.
Вот же ж мать же ж… Перспектива «катания на колбасе» как-то не возбуждала … а хотя — чего я теряю? За погляд денег не берут, времени потеряю максимум полсуток — да была не была!
— Фил, на предложение согласен. Спасибо! Чем обязан за беспокойство?
— Ничем! Мне это ничего не стоит, находится в моей компетенции — какие проблемы-то?
Сердечно распрощавшись с Филом, мы покинули его «автосалон» и направились обратно к станции. По дороге в голове вертелось где-то прочитанное: «Сержанты делятся на два типа — одни ни за что не выдадут тебе положенное, опираясь на инструкции и положения, другие по тем же инструкциям обеспечат всем и ещё выдадут то, что не положено». Фил на сержанта не тянул, минимум на офицера какого-нибудь — хотя кто его знает, кто у америкосов на складах сидит… Сделав зарубку в голове, что надо придумать, как отблагодарить его, остаток пути до станции посвятил планам на ближайшие сутки.
Узнав, что до вечернего поезда почти десять часов и выяснив, что магазины работают и пожрать есть где, решили перекусить и обсудить планы для начала. Минут десять неспешного шага — и вот мы сидим и ждём заказанное.
— Миш, дело такое… Плинтухать со мной к западникам тебе нужды нет, да и особого желания — тоже, так? Тогда идея следующая: мы с тобой сейчас занимаемся шопингом, убиваем, по возможности с пользой время, а вечером садимся и едем — ты в «Россию», а я — к бундесам. Только к тебе две просьбы — мои покупки закинуть к Араму в мой номер и Пруху покормить. Лады?
— Лады! А справишься без меня?
— Ну, как я понимаю, немецкий у нас обоих на уровне фильмов про войну и немецкого порно, так что двое славян, тараторящих «Я, я, натюрлих яволь» вперемешку с «Хенде хох» и «Гитлер капут» могут вызвать ненужный ажиотаж. Да и у тебя есть цель, Монтекки отечественный — так что понесёшься в вихре удовольствия, а я завтра днём вернусь, найду тебя и будем думать дальше. Ага?