Перед разговором походили кругами вокруг немца, полазили по кабине, порассматривали снизу, что рассматривалось. Криминала, в смысле до чего докопаться, не нашли. Я глянул масло в движке — нормально, подёргал за выступающее — всё вроде было прикручено на совесть, свежих, как и застарелых потёков масла и каких-нибудь жидкостей не было. Слегка успокоенный, взял толстую книжку на немецком из салона — типа описания и инструкции по эксплуатации, назад в ноги за своё сиденье положил оружейную сумку опечатанную (тик уже на подходе от пломб этих и экзема где-то неподалёку напряглась, готовая напрыгнуть), закрыл всё и налегке направились мы к Араму на предмет каких-нибудь полезных советов и идей.
Идей у меня как таковых не наличествовало, так, мусор какой-то, клубок из обрывов и обрывков. У Михаила, судя по всему, тоже. Арам просветил насчёт Порто-Франко, Москвы и некоего Протектората Российской Армии — желания мчаться туда роняя кал и рассчитывая, что там ждут — аж все жданки проели и слезу точат, было даже не смешно. Ладно Михаил — до переквалификации техникум приборостроительный закончил, а я? ПТУ, года два по специальности — а потом баранка и всё. Да и опять впрягаться чью-то жопу возить не хочется. В общем, рак головы, как ни крути. Так что посидели, толком ни на чём не остановились и разошлись — Арам руководить и играться в бирюльки, Мишка — к Нине, а я с руководством — к Прухе.
Полежав и полистав книжку, поразглядывав рисунки и схемы и вдоволь насмотревшись на знакомые буквы, понял — с тем же успехом мог прилечь со сборником речей Гитлера или «Капиталом» Маркса на том же языке — результат был бы тем же. На часах — полшестого по местному времени, в душе — тоже всё на полшестого, в смысле не стоит ни на что…» Это как это — ни на что?» — проснулся боец — «А рыженькая??» Да и, собственно, чего это я? Терять нечего, завтра в путь — знать бы ещё, куда и на когда и зачем — так чего валяться-то? Плюнул на всё жидкой слюной, послал в жопу голову с её инструкциями о необходимости переделать всякие дела типа стирки и сборов, жопу — в голову (а куда её ещё? а так обе заняты будут поисками друг друга — и не до меня им будет) с её паранойей, привёл себя в порядок быстренько и побежал в больничку.
Глава 14
Возвращался через часа два в прикольном состоянии. Нет, никакого секаса не было, просто попили кофейку, пообщались на её родном, а моём ломаном английском — и всё. Я, надеюсь, достаточно понятно обозначил свои намерения в её отношении, не в смысле уволочь в кусты, а жить долго и счастливо и умереть в один день. Телефон не дала, а вот адрес на прощание написала. Сама в кусты со мной наперевес не ринулась, но и меня в них не послала и не бросила. На прощание обняла и поцеловала в щёчку — так что не шел — летел, и жизнь казалась прекрасной и удивительной. В «Рогаче» уже сидел хмурый Мишка — Нина отказалась «всё бросить» и уезжать с ним наобум в даль светлую, но три месяца ожидания пообещала. В общем, ничего никуда кидать и не надо было — клинья просто окружали, не прячась. Не сговариваясь, попросили водки. И особенно не нажрались, но спать расходились тёпленькими.