На выходе, поблагодарив ангела в белом, получил заверение, что подобная хворь меня не посетит, и обеднел на тридцать пять экю — цену за игры в разлив. Дела сделаны — можно и развлечься. Поэтому поехал жратеньки и питеньки в гостиничку. Да и котэ вспомнилось в виде статуи мировой скорби с печатью «а вы покормили своих хвостатых друзей, уходя?» на бьющей на жалость морде.
Завтрак прошёл великолепно — никакого мороженого мяса и консервантов, всё свежее и гомерические порции — захочешь — голодным не уйдёшь. Дитя Сибири тоже не успело проголодаться и обидеться — я прилёг и почти задремал, когда, урча и благоухая сырой рыбой, она завалилась под бок. Всё, «тихий час».
Ой, хорошо-то как… Тепло, июнь, мяска под сыром натомил, под чай употребил, лежу, а коть во сне, лёжа поперёк кровати, лапами задними толкает в живот, мол, подвинься, места мало… И задница уже наполовину с кровати свесилась, уже сползаю — падаю… Какой сыр, какой чай, какой июнь — январь! Где я?? Кто здесь??? В общем, почти дискредитировался, как Ржевский в театре, очнулся в холодном поту, согнутый в поясе, попа висит над пропастью — а это спящее чудо всё пихает и пихает, не задерживайся, мол. Громко намекнул про тапок — как подорвалась!!! Как молодая, только выученная, что упоминание тапка всуе — сигнал прекратить всё, чем бы не занималась, кроме еды и питья из плошек и посещения лотка, и на газах уходить из зоны досягаемости. Довольный, глянул на часы, подорвался следом — душ, чистая футболка, штаны — и на почту. Нормально придавил — десять часов! Или медведи в дальней родне были, или принудительное обезвоживание виновато.
Почта обрадовала двумя телеграммами. Марко отбился тремя листами — цены плясали вокруг пятнадцати тысяч экю плюс-минус пятёрка. Кулибины за бронирование объявили десятку и пять-семь за кабину, но готовы были умяться процентов на тридцать — «ты умный, торгуйся на своё усмотрение». По дороге обратно голова гудела и шипела — и заработать хотелось, и до ПРА добраться на предмет посмотреть своими глазами, как дышат и чем местные россияне — рассказов наслушались, хотелось «пошшупать». Прям какое-то «Ленинских планов громадьё», блин. Прям и яичко снести, и невинность соблюсти! В таком вот раздрае завалился в гостиницу. Мишка сидел и пил пиво — за компанию заказал маленькую кружку и под неё вывалил на него весь мой «рак мозга». Просидев за пивом — он, и вишнёвкой — я около двух часов, ни к чему не пришли и разошлись по номерам, условившись, что утро вечера мудренее и бой покажет.
Глава 24
Подъём, умывание, завтрак, пакование коши, погрузка в "Самурай", дорога к Джо — уже привычные утренние дела. Почти часовая беседа с Рупертом, закончившаяся пострелушками — выехали "за город", и он пять раз шмальнул по Штирлицу метров с пятидесяти из своей М16 в область бывшей задней двери, где мелом нарисовали квадрат 25х25 см. Обошлось эта радость ему в 500 экю, Фоме неверящему. Штирлиц обзавёлся пятью царапинами на белом квадрате. После такой проверки Руперт возжелал подобное с такой силой, что я даже как-то испугался. "Вы её! Вы её!! Вы её ВОЖДЕЛЕЛИ!!!" — этот вопль не отражал напора, который прямо таки обязан был сподвигнуть нас, роняя кал, мчаться в даль светлую и доставить на блюдечке ему желаемое в кратчайшие сроки — желательно, часа через два. Вернулись к Джо и при его участии и свидетельстве расписали требования необходимого Руперту — размер, вид, пробег, состояние, грузоподъёмность, тип двигателя, цену и форс-мажоры. Договорились о следующем — в банке Ордена он кидает на мой счёт 30 000 экю, я обязуюсь потратить их только на покупку "Унимога", бронирование "по Штирлицу" и перегон в автосалон Джо, где происходит окончательный расчёт и передача транспорта в обмен на ещё 10000. Срок — пятьдесят местных суток. О ходе работ с момента покупки грузовика не реже, чем раз в пять дней я должен отбивать телеграмму с отчётом о ходе дела. До покупки неснижаемый остаток на счёте — всё та же тридцатка, после — и до визита нас в банк в Аламо — десять тысяч. Появился стимул пошевеливаться и оперативно — до 12 дня — закончив с бюрократией и распрощавшись с Рупертом и Джо, бодро попылили в сторону Вако.