Глава 30
Дорога и дорога, пыль, радующая тело жара и нагревшаяся вода из фляги по одному-два маленьких глоточка. Представители местной фауны, привычные уже, как ножи и вилки в кухонном столе, трава и изредка встречающиеся небольшими островками группы деревьев. Ничего нового, всё уже знакомо и за время вояжа слегка поднадоело. А чего это, Денис Батькович, заминорили? Что это недовольство попёрло? Негатив какой-то, отрицательные эмоции? Надоело, скучно, приелось всё? Так притормозите, прогуляйтесь, и не вокруг машины, а с бутербродом наперевес во-он до той стайки представителей воплощённой фантазии художника-иллюстратора научно-фантастических боевиков и покормите кого-нибудь из них с руки! Или с Дедом наперевес, с целью выяснения, метко ли стреляете и быстро ли бегаете. А можно и без этих хлопот, займитесь перебортовкой колеса, с матом и сбитыми руками! Наверняка, эти милые и отзывчивые животные сами придут и предложат свою помощь, обеспечат приток адреналина и прогонят дурные мысли прочь. Сценка с участием местной гиены, добровольно взявшей на себя функции домкрата, настроение подняла, оценка количества выделенного адреналина вызвала хохот. Вспомнив встреченное где-то в печати сообщение об участи несчастных южноамериканских земноводных, которых любители расширения сознания пугают, а потом облизывают, широкими мазками набросал картину фармацевтического завода, где местных пленных любителей чужого имущества пугают до усрачки, а потом тщательно избавляют от выделившихся ценных химических соединений. Ржака пробила такая, что чуть не проехал поворот на «Россию».
К «Рогачу» подъехал, сгорая от желаний — всего хотелось, и попить прохладненького, и поесть, и Арама повидать, а больше всего в больничку с визитом. Хотя… Что я ей скажу? Пошли со мной не знаю куда? В пространства неизведанные? Ну, кол и двор обеспечу, финансы позволяют, а дальше-то? В общем, припарковавшись, в бар зашёл, отягощённый сумкой, рюкзаком и мыслями нерадостными.
Первое, что увидел — светящихся от радости Нину с Мишкой, сидящих за столиком и держащихся за руки. Подошёл, поздоровался и пропищав противным голосом: «Жених и невеста, тили-тили-тесто!», сгрузил поклажу и пошёл к стойке приветствовать Арама, уже наливающего вишнёвку ледяную — бокал изморосью покрылся — со словами «Сейчас, дарагой, всё будет, иду уже!» Посидели минут пятнадцать, пообщались. У Арама всё отлично, после недельного зависания за компом игровой жор пошёл на спад, играет теперь только рано утром и «после последнего клиента». Нину отпускают «по семейным обстоятельствам» без скандала и денежных начётов, попросили только ещё неделю поработать. К перспективе уехать в ППД и вернуться к работе в школе она отнеслась с радостью, так что у ребят всё срасталось великолепно. Как раз за неделю без спешки в «Полном приводе» доведут Рупертов грузовик до кондиции, и можно будет выдвигаться в Солнцегорск на ПМЖ. На ПМЖ, на ПМЖ… А мне оно надо, ПМЖ это? Плюнул мысленно, взял у Арама ключ и пошёл напомнить кошке о своём существовании и приводить себя в товарный вид.
Через полтора часа я сидел у стойки и методично наливался небольшими порциями. Краткое содержание беседы — «Пойми, что тебе надо, прими это как руководство к действию, тогда и перейдём к конкретике». И сам всё понимаю, но что ж так грустно-то и царапается внутри кто-то? Подошла «сладкая парочка», ни утешать, ни лезть в душу не стали, обговорили с Мишкой время выезда, и «молодожёны» исчезли. Я допил последний полтинничек и ушёл спать.