— Нее, давай по пиву и рассказывай!
Широкими мазками набросал картину вчерашнего, умолчав о реакции Арлин на произошедшее. Джо, побулькивая пивом, молча выслушал, а потом разразился пламенной речью на тему «Откуда берутся уроды» и близкой к ней «Плюсы и минусы свободы владения и применения огнестрельного оружия». И припомнил несколько случаев «про уродов и людей». Судя по реакции Арлин, спать теперь будем вполглаза и готовыми к бою и походу, в смысле одетые и с оружием в руках.
Пиво кончилось, пошли трудовые будни — те, что «праздники для нас». Всё затрофеенное оружие булькнуло в ванну со смесью солярки с отработанным маслом, заляпанные кровью деньги — в ведро с мыльной водой. Не торопясь почистил Деда, снарядил ему «соточку» и отправил в кабину баиньки. Пока возился «на отвяжись» с трофейными «калашниковыми» 74ми и «макарками», Джо с помощью Арлин выгреб всё из салона, багажника и многочисленных «бардачков» Лендкрузера, отцепил его и заехав в мастерскую, поднял на подъёмник. Сижу, перебираю и сортирую «попавшую под раздачу» местную валюту, Арлин копается в содержимом Ленда, коего на диво много. Даже две новенькие оружейные сумки присутствуют, и явно не пустые. Подходит ко мне Арлин, бросив всё, и пачку документов протягивает. Дела невесёлые — похоже, гражданина Сивоконенко Г. М. на старой Земле или ищут, или уже нашли, но мёртвого. А иначе откуда паспорт и права его и все документы на Лендкрузер? Продал, похоже, мужик машину этим упырям…
На лице, видимо, ход мыслей отразился, потому как посерьёзневшая жёнушка не стала выспрашивать, что и как, а перешла к основному.
— Милый, пойдём, посмотришь!
— Что там?
— Вещи, я не знаю… Неудобно! И неприятно!
Понятное дело. Розовый пластиковый чемодан и зелёная большая мягкая сумка на колёсиках. Явно не «мальчуковые» — рюкзак и три разномастных сумки стоят особняком на этом празднике жизни. Охнув про себя, пошёл. Лучше б не ходил! В розовом чемодане фотоальбом сверху лежал, а на карточках — счастливые девчонки, хозяйки давешних айдишек. Нафиг, закрыл и метки нанес «отдать шерифу», пусть сам что хочет с этими вещами, то и делает.
А вот вещи грубиянов вдумчиво разобрал, одежду рассортировал на новое и ношеное, новое пристрою в какой-нибудь филиал местной Армии Спасения, а ношеное или Джо на ветошь обтирочную, или выкину. До оружейных сумок руки дошли. Да, как дошли, так и ушли — в одной два дробовика и эмшестнадцатиобразное что-то, другая набита битком староземельными коробочками с патронами. До Билла потерпит всё, не хочу вникать в это. Настроение мерзковатое какое-то, румыноцыганские трофеи так в минор не вгоняли. Водки захотелось.
Джо подошёл, пива принёс. Опять тень, запотевшие бутылочки в руках.
— Машина неплохая, но как бы сказать, асфальтовая. Городская больше, по грунту не очень. И мне её тебе продавать невыгодно — цены всей не дам. В Порто-Франко больше получишь, правда!
— И что, Арлин за руль сажать, или волочь на прицепе?
— Скорее второе, или ищи перегонщика на рейс.
Вот эпические герои, Малинин с Бурениным! Наш девиз — «Ни дня без геморроя!» Всё, отставить раскопки, всё в кузов, увязать-закрепить, Лендровер прицепить, сдать трофеи Сэму, наличку порченную в банке обменять и забыть обо всём. Что всплывёт — «Я подумаю об этом завтра!»
Распихали-закрепили и, оседлав неизменного “Самурая», поехали по маршруту «Сэм-ресторан-а там видно будет». Перед отъездом попросил Джо как-нибудь «понадёжнее» пристегнуть внедорожник к грузовику, чтобы не оторвался и не ушёл в самостоятельное путешествие.
Наверное, вид у меня был не очень дружелюбным — Сэм без азарта попытался поторговаться, но сдулся и всё барахло «от гопников» забрал за две тысячи экю. В банке тоже не задержали, выдали 417 экю новенькими карточками взамен повреждённых. Так что имеем полное право покушать плотненько и вкусненько и поразмышлять, чем заняться.
В процессе насыщения настроение медленно, но верно улучшалось и минор закончился почти одновременно с мясом. Забухать расхотелось. На пляж, к воде? Мысль не из бедных!
Вода — парное молоко, сверху жар местного солнца, под здоровым зонтиком очень и очень комфортно. Хоть строй шалаш и навеки заселяйся! Лежим, загораем через мелкие зонтичные дырочки, сквозь полудрёму беседуем. Как беседа переходит (с моей стороны) в похрапывание-посапывание, меня разбудёвывают и со смехом, шутками и прибаутками волокут, подпихивая твёрденькими кулачками, к воде, а дотолкав — в неё. Рай! Правда, «недолго музыка играла».
Возвращаясь после третьей побудки из вод местной речки, обнаружили Джо, ждущего нас в компании молодого человека. Джо не имел репутации кайфолома, а вот юноша явно выказывал намерение отвлечь нас от весьма приятного времяпровождения. Джо представил нас друг другу и перешёл к делу.