Увлеклись мы песней и только тогда оглянулись назад, когда услыхали в притворе отчаянный крик. Смотрим, а там лежит наш старик сторож. Мы к нему, а он без сознания. С помощью воды привели его в чувство. А он со страху все крестится да молитвы шепчет… Успокоился и рассказал нам, что, зайдя в церковь, увидел он сатану, который принял образ моего отца и бесовски в царских вратах орал срамные песни. С перепугу он и чувств лишился… Мы, переглянувшись, улыбнулись, а отец начал его уверять, что мы, мол, спокойно и чинно молились, ничего подобного не видели и не слышали…
«Сатана искушает тебя, чтобы осквернить твой разум, — назидательно говорил ему отец, — ты должен противиться дьявольскому наваждению. Найми молебен с водосвятием и с акафистом святителю Николаю».
Старик поблагодарил отца за добрый совет, и мы тут же отслужили молебен об изгнании нечистого духа из раба божьего Лавра.
И снова хохотом реагировали «святые отцы» на ловкую проделку.
Такие разговоры вели между собой священнослужители, оплакивая старые «добрые» времена, безвозвратно ушедшее прошлое.
Не могу не рассказать и еще об одном храмовом празднике, участником которого был и я. В августе 1943 года, когда Советская Армия громила оккупантов, изгоняя их с русской земли, когда фашистские захватчики, чувствуя на себе сокрушающие удары, грабили и вывозили все ценное, а недвижимое имущество уничтожали, когда облава следовала за облавой и эшелоны с людьми отправлялись в концлагеря, когда люди прятались в погребах и вырытых тайниках в степи, перед самым приходом советских воинов благочинный Больше-Токмацкого района дал распоряжение священникам объявить во всех церквах района, что 28 августа, в день праздника успения божьей матери, в Большом Токмаке, в соборе, будет торжественная служба, которую все верующие должны посетить. Всем священникам района было предписано тоже явиться в обязательном порядке к службе.
Богослужение проходило в здании районного дворца культуры, где кроме стариков и детей находились «отцы» города — предатели, служившие в городской управе. По окончании службы благочинный Василий Перхарович произнес проповедь, в которой призывал благословение божье на гражданские власти за содействие в получении здания под собор и за помощь оказанную в ремонте и переоборудовании его под церковь. Здесь же, в соборе, был устроен обед для церковного актива. Почетные места за столом вместе с Перхаровичем заняли «отцы» города.
В то время, когда в соборе проходил обед, за его стенами фашистские солдаты и полицейские устроили облаву на людей. Они рассчитывали, что брошенная приманка в виде торжественной службы выведет людей из тайников и улов рабов для концлагерей будет обильным.
Но не только подобные предательские деяния украшают служителей алтаря господня. В первые годы моей службы священником я удивлялся, возмущался и, пребывая в религиозном ослеплении, молился, чтобы господь вразумил заблудших. Тогда мне казалось, что грешные поступки моих собратьев являются исключением из принятых норм жизни и поведения священнослужителей. И я утешал себя подобными мыслями, оправдывал ими свое пребывание в их среде. Только много позже я смог более здраво судить об этих фактах. А тогда я просто думал: в семье не без урода. Да к тому же, встречал я не только плохих христиан. Случалось это редко, но в сознание мое западало крепко. Ведь я постоянно искал оправдание всему плохому, что я видел в церкви, и каждый раз, когда мне встречались люди, близкие к моему идеалу, я еще более укреплялся в мысли, что все плохое в церкви идет от искушения сатаной, от злого мира. Но больше все же было фактов, показывающих паразитизм, лицемерие и даже аморальность служителей Христа. От года к году эти факты постепенно разрушали мои иллюзии и идеалы. Но шел этот процесс медленно и тяжело, со многими колебаниями весов в ту и другую сторону: за и против церкви. Первое время такие факты не только не отталкивали меня от религии, а, напротив, заставляли в поисках истины еще больше углубляться в «священные книги». Это еще более затуманивало мою голову, мое сознание.
Я был свидетелем, как пожилой священник, с наружностью благообразного, смиренного и кроткого человека, преднамеренно обманывал доверчивых верующих. В праздник святой троицы церковь села Попово (ныне Смирново), Куйбышевского района, Запорожской области, была полна народу. Многие из верующих желали исповедаться и причаститься. Это обещало большой доход церкви.