Он давно перестал от нее бегать, хотя одно время пытался. Ее нельзя было прогнать — себе выйдет дороже. Он обращался с ней, как обращается с бомбой опытный сапер, который знает, как можно эту бомбу тронуть, а как — лучше не надо. Он боялся ее, чего там, конечно, боялся — как ту же бомбу. Боялся и привык беречь — как бы чего не вышло.
— Помоги мне, — попросила она жалобно, — пожалуйста. Мне срочно надо принять факс. Здесь — можно?
Вот так раз, подумал Иван. Такого еще не было.
Обычно она заходила, потому что оказалась поблизости, а он может подвезти, так зачем ей ловить машину? Очень резонно. Хотя и странно — дама сама водит машину, а именно здесь то и дело оказывается пешком. В этом районе вообще было неважно с транспортом, поэтому Иван и ездил сюда на машине. На работу он добирался на автобусе, и Ринка тоже, он никогда ее не подвозил, а она об этом и не просила, что характерно. Автобус и маршрутка были в том случае дешевле и проще.
— Здесь, в клубе, принять факс? Зачем? — он очень удивился. — Почему бы тебе к Витальке не обратиться? У него, думаю, найдется факс.
— Не могу, — она решительно сжала губы. — Это мое дело, понимаешь? Это по работе. Пожалуйста, Ваня. Я из дома не могу позвонить, у нас факсаппарата нет, а его компьютер я не могу включить! А на Сонькин компьютер невозможно принять факс, — принялась оправдываться она, и глаза ее заблестели — вот-вот заплачет. — А мне нужно срочно. Здесь же есть?..
— Ника, факс есть, кажется, в кабинете директора, но директора уже не будет сегодня, а кабинет заперт. Кажется, можно принять факс на почте? Или на телеграфе?
Ника решительно затрясла головой.
— А еще где-нибудь? Не знаешь?
— Погоди… — он капельку подумал. — Ладно. К знакомому моему съездим, позвонишь, тебе все сбросят, что нужно.
— Нормально. Так и сделаем, — тут же согласилась Ника. — Спасибо тебе!
У нее как будто гора с плеч свалилась, так она посмотрела.
И почему он опять взялся ей помогать? Да потому что! Потому что сделать для Ники то, что она просит, намного легче, чем ее прогнать. И безвреднее. Когда Ника на него обижается, то и теща становится какая-то неадекватная, и Ринке достается за что-то.
Может, и правда, стоило уехать тогда куда-нибудь… подальше?
— Пойдем в бар, подождешь меня, — вздохнул Иван. — Пропустите, — попросил он вахтера.
— Ох, ну, хотя бы сказал, что рад меня видеть, — Ника медленно качнула мохнатыми от туши ресницами. — Из вежливости, а?
Началось…
— Всегда рад тебя видеть, — не стал спорить Иван.
— Правда? — заулыбалась она.
— Шучу, конечно.
Это была игра, их обычная словесная игра, с которой он согласился когда-то, и которая продолжалась и продолжалась. На самом деле он хотел не видеть ее, а в душ.
— Пойдем лучше к тебе, у тебя кофе есть, а в этом идиотском баре только овощные соки и чай из веника!
— Ко мне нельзя, Ника. Жди здесь.
Просто его парни еще в зале, и нечего там мелькать Веронике. Сашка в прошлый раз, поворачивая голову ей вслед, едва не свернул себе шею, а потом вся эта честная компания, вываливая из раздевалки, поглядывала на него, тренера, этак многозначительно…
Ника давно уже не бесила его слишком. Она усвоила, где ее место. Она прерывала игру из слов, что называется, вовремя.
В сущности, она в чем-то была забавная и даже милая, сестричка его жены. Родственница.
— Только подожди меня, минут десять-пятнадцать, — попросил он. — Ты же не очень торопишься?
— Идет, жду тебя минут десять-пятнадцать.
— Закажи себе что-нибудь. Я угощаю.
— Конечно, конечно, — она повернулась к бармену Игорьку, и улыбнулась ему чарующе.
Иван поспешно ретировался.
Тугие горячие струи поначалу привели его в хорошее настроение. Закончив мыться, он до отказа вывернул холодный кран — и в кожу вонзилось множество ледяных колючек. Регина когда-то подарила ему эту отличную, итальянскую, что ли, насадку для душа, душ-массаж, на какой-то день рождения или двадцать третье февраля. Раньше здесь была обычная насадка, пластмассовая. А эта всем нравится, многие мужики купили потом себе такие же, домой. Еще спрашивают, почему Иван Константинович свою здесь прикрутил, а не дома? А ежели что? А упрет кто-нибудь? Дорогая ведь вещь. Он на это только посмеялся. У него обычно вещи не пропадали. Нигде. Почему-то.
Что интересно — жена всегда дарила то, что нравилось, и не дарила ничего ненужного. Туалетную воду, например, не дарила — он терпеть не мог, когда от мужика несет парфюмерией. От мужика должно пахнуть … ничем. Для этого надо регулярно мыться. Все. Женщины — они другое дело.