— Двадцать три, а не двенадцать? — уточнил Иван.
— Да, двадцать три. На тот момент большая часть коллекции. Расписка датирована январем семнадцатого года, то есть до февральской революции оставалось чуть больше месяца, а до октябрьской — примерно восемь месяцев. В марте семнадцатого Стефан Хижанский с семьей уехал в Швейцарию, потом во Францию. Одиннадцать предметов коллекции он увез с собой. Они были выкуплены нынешним владельцем у потомков Стефана. Двенадцать предметов, возможно, остались в России. Имеет ли к этому отношение Виктор Хижанский? Мы видим, что да. Какое-то — точно имеет. Это логично, чтобы ему, как законному наследнику, досталась часть семейных средств. Но тут, видно, все сложнее…
— Как я понял, наши Хижанские — это потомки Виктора, который не уехал из России?
— Совершенно верно, Ваня. Я тогда расспросил немного Хижанского о его предках. Получается, что его прадед, действительно Виктор Хижанский, погиб во время войны. Перед войной он занимал приличную должность, не в столице, а где-то ближе к Уралу. В тридцать седьмом его даже арестовали, но повезло, быстро выпустили. На войну он ушел почему-то комиссаром санитарного поезда, и в сорок третьем был убит. Его семья несколько раз переезжала, и после войны осела тут. Вот все, что я узнал из нашей с ним беседы.
Иван невесело рассмеялся.
— Да уж. Кино прямо. А у нас — сплошные вопросы. Где настоящие драгоценности?
Локтев пожал плечами.
— Получается, Виктор о драгоценностях знал, считал их настоящими и хранил? — продолжал Иван. — Его обманули?
Локтев улыбнулся.
— Это ведь, Ваня, не темный мужик, который никогда в жизни золота в руках не держал. Братья Хижанские выросли в состоятельной семье, окончили гимназии и университеты, они прекрасно знали, как выглядят золото и драгоценные камни, а также произведения искусства. Попади в руки Виктору такая поделка, он, думаю, сразу бы понял, что это такое, кроме дневного света, ему ничего не потребовалось бы. Что это значит?
— Это значит, он не знал, что лежит в шкатулке. И это понятно. Знал бы — вытащил…
— Тогда вопрос, кто их туда спрятал? И еще — тот, кто спрятал, Виктора обманывал, или сам заблуждался?
Иван опять взял в руки поддельную подвеску, повертел ее так-сяк. Вопросов можно придумать сколько угодно, где брать ответы?
— Вот так, Ваня, — Локтев развел руками. — А если чуть пофантазировать? Кто-то, скажем, предполагает, что в доме Хижанских можно найти ценности. Вещей, которые сохранились с тех времен, должно быть очень мало. Та шкатулка, например, которую мы благословили продать. И что за история про бабушку из Германии? Родственники Хижанских живут во Франции.
Иван вспомнил скромную темноватую квартиру со старой мебелью.
Он заметил:
— Это может быть опасно. Могли бы не только ударить по голове. Вере Михайловне еще повезло.
— Надо думать. Но, не забывай, мы пока только фантазируем.
— Предположим, тот, кто ищет, не знает, что уже был обнаружен тайник с поддельными подвесками? Хотя, вы ведь и тридцать лет назад это в тайне не держали?
— Нет, — пожал плечами Локтев. — Но и не откровенничал особенно. Я показывал кое-кому подвеску, но в детали не посвящал. Я ведь тебе не сказал самое главное, Ваня. Именно потому, что мой интерес к коллекции Каламбики известен, мне намекнули, так, в порядке сплетни, что в городе объявились вещи из коллекции, и они вот-вот будут проданы. Но тот факт, что у нас в городе заговорили про коллекцию Каламбики, сразу наталкивает на мысль о Хижанских. Меня, по крайней мере, натолкнуло. А совсем недавно, несколько дней назад, прошла другая информация, вот об этом, и еще так подробно! — Локтев покрутил на столе поддельную подвеску. — О том, что здесь проживают потомки Хижанских, о том, что найдены подделки, когда именно. Но дело в том, Ваня, что информация эта могла бы исходить или от меня, или от кого-то из Хижанских. Я это не афишировал ни тридцать лет назад, ни позже, Хижанские, мне казалось, тоже. В общем, это похоже на настойчивую рекомендацию отстать от Хижанских, потому что взять с них нечего. Что ввиду последних событий весьма актуально.
— Кто-то о них заботится, так, что ли? Фантастика просто.
— Я же только предполагаю.
— Дядя Игорь, — помолчав, сказал Иван. — Я пока только одно понял — возможно, в квартиру Хижанских забрались, чтобы найти мифические драгоценности. А потом выяснилось, что драгоценностей нет. Жаль, что не раньше. А откуда слухи, что подвески нашли, и их можно купить?