Волна раскаяния, боли за того, прежнего Ивана подступила к ее горлу, и…
Нет, вот этого не надо. Только раскиснуть не хватало.
Она тоже изменилась, между прочим. Это — хорошо или плохо? Ей-то казалось, что, скорее, хорошо.
— Знаешь, подруга, любой человек — это много, много больше, чем то, что ты о нем знаешь и думаешь, — сказала вдруг Лара. — А вообще, доброе утро.
— Привет, — отозвалась Регина. — Что ты мне сейчас сказала? Я имею в виду — зачем?
— Просто так. А что, не надо было?
Громко хлопнула входная дверь, и шаги раздались — слишком быстрые, легкие, свершено не мужские. Кто-то спокойно, уверенно прошел по кухне, дверь в маленькую спаленку со скрипом растворилась, Регина поспешно приподнялась на локте, натянув повыше одеяло…
Света. Света-Дюймовочка. Она остановилась, застыла у входа в комнатку. Глаза — сначала непонимающие, через пару секунд — потрясенные, в пол-лица.
Регина перевела дух, улыбнулась. Она-то особенно не удивилась. Должна была когда-нибудь здесь появиться Света-Дюймовочка, все правильно.
Светино лицо словно перекосило, и она резво выпрыгнула за дверь.
— Света! — крикнула Регина. — Света, постой! — она соскочила с кровати и выбежала в кухню.
— Негодяйка! — донеслось откуда-то из сеней, и опять хлопнула дверь.
А в кухню не торопясь вошел Иван, в куртке, со снежинками на волосах.
— Ты чего это? — удивился он.
Регина стояла посреди кухни лишь в трусиках с кружевной вставкой, которых было очень мало, и в короткой маечке, лифчик она, естественно, сняла, ложась спать.
Она метнулась обратно в спальню, и принялась торопливо одеваться. Иван заглянул к ней.
— Это кто такая только что отсюда выскочила?
— Женина девушка. Она неправильно поняла.
— И что же она такое поняла? — не сообразил Иван.
— Женя спал в этой комнате. Она увидела меня в постели, и — сам понимаешь…
— Ага. Ясно.
— Бедняжка. Ты тоже черт-те что подумал, а ведь даже не видел меня у него в постели, — буркнула Регина раздраженно.
На него она старалась не смотреть, все время в сторону.
Она боялась смотреть. Казалось, если посмотреть на него прямо, можно не узнать. Чепуха, конечно, но что поделаешь?
— Не видел, — усмехнулся Иван. — Повезло мне.
— Что?!
— Да ничего. Завязывай злиться, пожалуйста. Мы уже в магазин сгуляли, накупили, чего покушать.
— Молодцы, — похвалила Регина, но все равно на него не посмотрела.
Входная дверь опять скрипела и хлопала, там громко топтались и разговаривали.
— А вода, вода есть? — громко вопрошал Веснин.
Иван тихо вышел.
— Жалко как, — сказала Регина. — Как с ней теперь быть, со Светой?
— А никак, — ответила Лара беспечно. — Она у нас девушка отходчивая, не волнуйся. И потом, ей надо было соображать, а не носиться сломя голову. У тебя, кстати, пуговица на джинсах оторвалась. Видишь, вон валяется, возле шкафа?
— Сейчас пришью, — вздохнула Регина. — Здесь в шкафу были нитки-иголки…
— Ага, быстрее давай — завтракать пора…
— Подождут! — отрезала Регина, с трудом выдвигая очень тяжелый, неудобный ящик шкафа.
Она всегда выдвигала его чуть-чуть, чтобы только достать коробку со швейными принадлежностями, а что там лежало в глубине… Много всякого хлама, вот что там лежало.
— У нас была цель — найти Женю, — говорила тем временем Лара. — Мы справились. Можем себя поздравить. А у твоего любимого Веснина цель другая. Интересно, что ему надо?
— Опять за свое?
— Как бы я ни относилась к Женьке, я не хочу, чтобы его обижали!
В это время из кухни донеслись странные звуки: голоса, возгласы, стуки и бряки какие-то. Регина быстро, несколькими стежками закрепила пуговицу, застегнула джинсы, сгребла в коробку нитки с ножницами, и осторожно, бочком, выглянула.
Она уж было решила, что ничего занятного пока не привидится. Ан нет. В кухне появилось еще одно действующее лицо. Лицо лежало животом на столе и материлось, и вынудил его к этой неудобной позиции Иван, который придерживал лицо за вывернутую руку.
Регина смотрела на эту сцену с интересом, но удивляться — нет, не удивлялась. Неужели она когда-то чему-то удивлялась?
— Пусти, дядя! Это дело не твое, так что пусти, пожалеешь ведь! — выдал неизвестный персонаж, решив, видимо, перейти на общеупотребительный великий и могучий.