— Откуда ты это знаешь? — усмехнулся он.
— У меня есть сиськи, — я улыбнулась. — И мне легче рассуждать так же, как и та, у которой тоже такие имеются. Думаю, она на самом деле злится, что ты так близко ко мне сидишь.
— Ты этого не знаешь, — он отмахнулся от моих слов и посмотрел через плечо.
— Спорим? — я бросала вызов, а на его кивок, улыбнулась. — Хочешь знать, откуда мне известно, что она наблюдает? Что она не рада моей близости? Я покажу. Не целуй меня и не прикасайся, просто смотри за Кендрой, когда я придвинусь к тебе. — Я слезла со стула и встала напротив Лукьяна. — Разведи ноги, — прошептала я, смотря за тем, как в его глазах загорается подозрение, словно я змея, готовая напасть. — Лукьян, я не подготовила ловушек. Просто хочу показать, что она заинтересована в тебе. — Заверила я. Когда он развёл ноги, я встала между ними, положила руки ему на бёдра и улыбнулась, склонив голову. От Лукьяна пахло чем-то свежим, чистым и уникально мужским. Я улыбнулась, закусила губу и посмотрела в глаза Лукьяну. После чего убрала его волосы ему за ухо и придвинулась ещё ближе. — Положи руку мне на плечо и посмотри на Кендру. Её глаза будут прищурены, а зрачки расширятся от гнева. Сейчас у неё сердце колотится от злости, что я настолько осмелилась, а ты мне позволяешь. Затем она прикажет девчонкам, с которыми пришла, уйти с танцпола, чтобы ты не заметил, что она перестала танцевать. — Я отступила. — Она пришла соблазнить тебя, об этом одни лишь шпильки кричат. А юбка?.. Может, ты и знаешь женщин, ты без понятия, каково это любить кого-то и не знать, почему. Лена, вероятно, даже не знает, почему это ее бесит.
— Она три ночи подряд приходит, — проговорил Лукьян и отвернулся у бару.
— Три ночи подряд… в таких нарядах? — Я сделала ещё глоток.
— Шпильки, короткие юбки, в которых видна её идеальная задница, — он отсалютовал мне стаканом, подчёркивая свою точку зрения.
— У ведьм это отлично выходит, — поддразнила я, когда он повернулся ко мне. — Ты уверен, что она из тебя цель не сделала? Лукьян, три ночи на таких шпильках — серьёзное дело. — Я рассмеялась. — Её Олден обучал, так что на твоём месте, я ждала бы неожиданного. — Я подумала, что Олден может быть тут.
— Она приходит со своим ковеном и пытается смешаться с другими. Пытается, но я не позволяю мужчинам к ней приближаться. Думаешь, она тут из-за твоего дяди? — Он прищурился, наблюдая, как Кендра покачивалась под медленный такт.
— Я думаю, что у неё тот же учитель, что и у меня, и считаю, что она поставила на тебе метку. На тебе или ком-то другом в этом клубе, — я пожала плечами. — Как минимум, будь осторожен. Олден — лучший учитель Гильдии, и он, может, захочет помочь ей, учитывая происходящее.
— Я не этого от тебя ожидал. — Он поджал губы, немного нахмурился и покачал головой. — Думал, что ты задиристее.
— Извини, что разрушила иллюзию, будто все чего-то от тебя хотят, — я рассмеялась и посмотрела на дверь, через которую прошёл Олден. Вздохнув, я встала. — Мне нужно тихое местечко, чтобы поговорить с дядей.
— Иди в кабинку, — предложил он, и махнул в сторону задней части клуба. — Там есть чары, и никто вас не потревожит.
— Спасибо. — Я махнула Адаму и Ристану держаться ближе и идти следом к кабинке, на которую указал Лукьян. Приблизившись к ней, я притормозила, посмотрела на Ристана, и тот кивнул, останавливая Адама и встав, как охранники.
Я скользнула внутрь и посмотрела на Олдена, когда он присоединился. Он был счастлив и казался моложе. Морщины не испещряли лоб, а улыбка казалась искренней.
— Старик, нам нужно поговорить, — прямо заявила я. — О том, что лежит в защищенной и запечатанной комнате в самой глубокой части Гильдии, — пояснила я. Он резко вскинул голову и побледнел. Потом с трудом сглотнул, когда официантка подошла к столику и поставила перед Олденом скотч, а передо мной джин с тоником.
— Ты её видела? — он поморщился от боли.
— Кто она? — Олдену не удастся отговориться или уйти от этого разговора. — Не меняй тему. Мне нужно знать до того, как я приведу детей в Гильдию.
Он посмотрел на потолок, словно раздумывая, сколько можно мне рассказать.
— Она всё. Ты ведь не представляешь, что делаешь, беря на себя руководство Гильдии, да? — Он уронил голову на руки.
— Нет, поэтому ты объяснишь мне, кто она, — тихо рыкнула я. — А затем объяснишь, почему в жертву приносили девочек, чтобы она продолжала пребывать в летаргическом сне. Теперь я понимаю, почему Гильдия Сиэтла так упорно хотела забрать эту. Кем бы ни была та, что спит, она сильна.