— Что за намеки?
— Шучу. Не парься.
Мля, просрал ульту на потрахушки, а в нужный момент все скиллы на кд.
— Опа! А вы еще кто?
Заболтались. Задумались. И не заметили пьяного латника, поднимавшегося по лестнице. Его возглас прозвучал как гром среди ясного неба. Стража перестала буянить и в гробовом молчании уставилась в нашу сторону.
— Бежим!!
Глава 5
Наша скачка по столу отлично бы смотрелась в замедленной съемке. Мы неслись словно вихрь, опрокидывая кружки, расплескивая кашу и наступая на пальцы нерасторопным стражникам. А нерасторопными были все — где вы вообще видели шустрых и ловких пьяниц?
Гуляки очухались лишь когда хлопнула входная дверь. И хлопнула очень вовремя — я отчетливо услышал хищный стук и дребезг: кто-то пустил стрелу, или метнул кинжал. На чересчур проворных да ретивых тут же заорали:
— Дураки! Живьем брать!
Во дворе снега навалило по колено. Тут его хотя бы чистили — вон лопаты вдоль стены стоят. А снаружи наверняка по пояс, а то и глубже — пешком далеко не уйти. Под соломенным навесом заметил сани, похожие на лодку с лыжами, но пока найдешь лошадей, пока запряжешь… А воины, качаясь и подволакивая ноги словно зомби, уже толкались у порога.
— Заснул? — крикнула Лира. — Бежим!
Латник открыл дверь плечом, не удержал равновесия и грохнулся плашмя. Второй споткнулся об него и растянулся рядышком. Третьего толкнули в спину, чтобы шел быстрее, но тот помощи не оценил, не на шутку разъярился и врезал обидчику в нос. Началась свалка, выкраивая для нас драгоценное время, но далеко ли уйдем по такому снегу?
— Беги! — Девушка с морозным звоном обнажила клинок. — Я их задержу!
— На две секунды⁈ — огрызнулся я.
— Хотя бы! — Лира приготовилась к самоубийственной схватке, перенеся вес на левую ногу и выставив меч перед собой.
Хвала богам, и в критической ситуации смекалочка меня не покинула:
— Лезь в сани.
— А ты толкать будешь? Или хомут наденешь⁈
— Лезь, говорю!
Спутница фыркнула, но все же устроилась на корме, не опуская оружия. Я сел ближе к носу и уткнул волшебный кусок ложки в щель меж ботинок, взявшись за обломок как за ручку управления самолетом.
Заклепкодрочерам на заметку: то, что берут одной рукой — ручка управления. А то, что двумя — штурвал. Запомните наконец.
— Тенеда, Марзал или кто тут всем заправляет — дайте мне еще капельку силы. Обещаю — стану хорошим. Только вытащите нас отсюда.
Сани чуть подались вперед. Я наклонил деревяшку, и лодка с лыжами медленно поползла к воротам. Хвала всем богам, гарнизон обленился настолько, что забыл опустить решетку, и мы на радостях покатили к…
— Обрыв! — рявкнула на ухо Лира. — Бери правее!
Вдоль горы шел узкий серпантин — телеги не разъедутся, но из-за сугробов он казался еще уже. Делать нечего — или туда, или в пропасть.
— Вон они!!! — донеслось сзади.
— Твою ж мать, вы это видите?
— Сани сами едут!
— Да это магия!
— Ну их к черту, мне за такое не доплачивают.
Стражники проводили нас хмурыми взглядами из-под ладоней. Издали казалось, что воины отдают честь по пояс в снегу. Показал им средний палец и с осторожностью ученика автошколы на экзамене въехал на горную тропу. Уклон немаленький, и сани пошли в разгон, несмотря на все попытки притормозить. Как ни тянул ручку на себя, как ни молил богов, но лодка набирала скорость. Все что мог — слегка поворачивать нос влево-вправо. Для успешного съезда и этого хватит, вот только я, блин, ни разу не бобслеист.
— Куда так гонишь⁈ — рявкнула на ухо Линн, перекрикивая нарастающий свист ветра и хрустящий шелест снега.
— Они сами!
На очередном повороте девушка ойкнула и прижалась ко мне, аж ребра затрещали. В иных обстоятельствах это было бы приятно, но не когда несешься по кривой километров под сорок в час. Один неверный маневр — и ошметки размажет по острым скалам. Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз…
— Тенеда всемогущая, — забормотал я в надежде на очередное божественное вмешательство, но вместо гласа богини услышал недовольный вопль попутчицы:
— Лучше за дорогой следи! Левее!
Сани слегка занесло, и метров пять мы проехали на одной лыже. Не стану утверждать, но, кажется, на все время маневра мое сердце перестало биться. И это еще ерунда, ведь дальше лежал прямой участок с нехилым таким сугробом посередине, а в нашем случае не просто сугробом, а самым настоящим трамплином.
— Ох ты ж…
Резкий взлет, грохот в висках, невесомость. Звуки стихли, время будто остановилось. Удар, подскок, и сани завертелись как кленовая семечка на ветру. Нас вышвырнуло с дороги как из катапульты, но сани успели добраться до подножья и лететь оставалось всего ничего. Падение с высоты третьего этажа, а внизу — толстенный слой рыхлого снега.