— Э-э-э… тогда птица унесла. Падальщик. Гриф какой-нибудь, или сова-трупоед.
— Не нравится мне это. — Лира потянулась к мечу. — Руби быстрей, а я отнесу ельник в дом. Чего уж растопке пропадать?
— Подожди! — крикнул я как ребенок, которого мама попросила занять очередь, а сама пошла в бесконечно огромный и запутанный лабиринт полок и стеллажей.
— Что? — сердито буркнули в ответ — какой бы храброй ни была воительница, череда странных событий начала давить и на прочные будто стальные канаты нервы.
— Это самое…
— Ну?
— Тут постой, а потом вместе сходим.
— Боги… как маленький. Надеюсь, в туалет водить за ручку не придется?
— Ха-ха, — я скривился и с укоризной произнес: — Вот схватит тебя тварь — узнаешь, как ерничать. И вообще — первое правило любого ужастика: ни в коем случае не разделяться.
— Угу. — Она развернулась и побрела к ручью. — Работай. Скоро вернусь.
Я далеко не чемпион по заготовке дров, но в тот момент обогнал бы любого лесоруба. Да что там лесоруба — бензопилу «дружбу» на раз-два обскакал. Машу топором как заведенный, а в голове мыслишки-то роятся — одна страшнее другой. Допустим, от мумии топором отобьюсь. Да и палочки на трухлявые кости хватит — искру метну и сгорят сразу. Самое поганое — мешок сто пудов сперла та же тварь, что запугала до смерти охотника. Все на это и указывало. Стоило нам отлучиться — а нечисть тут как тут, подкрепилась для ночной охоты.
Справился, схватил поленья и быстрым шагом к крыльцу, то и дело оглядываясь. Лиры нигде нет. Наверное, в доме уже, печку топит. А если там чудище засело и доедает подругу в ожидании меня? Дверь-то не заперта, заходи, кто хочет.
Фраза «крикнул шепотом» звучит довольно глупо, но именно это я и сделал, оказавшись один-одинешенек среди дикого темного леса:
— Лира! Ты где⁈
Тишина.
— Ау!
Никто не отозвался. Надо избу проверить, а колени так и трясутся. Зажег светлячка, поудобнее схватил топор — ну, вперед, герой недолеланный. Тихо стало, аж в ушах звенит. И тут половица как скрипнет. Сердце рвануло с места под двести, в глазах потемнело. Думал все — Кондратий пришел.
Отдышался, приоткрыл дверь. Внутри вроде никого. Обошел углы — в самом деле пусто. А если под кроватью?
— Зачем ей под кровать лезть? — со страху заговорил сам с собой. — Вечно всякая дурь в котелке вертится.
Вышел на крыльцо, снова крикнул:
— Лира!
Ноль эмоций. Тут уж затряслось все, не только колени. Захотелось запереться, спрятаться под шкуры и не шевелиться до утра. Пожалуй, именно так охотник и помер. Напарник пропал, а ночью бедолага увидел… что-то. И решил не выходить даже днем.
— Лира! — Голос сорвался на хрип, словно в страшном сне, когда орешь во всю глотку, а слышишь едва различимый шепот.
Так, отставить ссать! Я — Избранный! Меня чупокабрами не запугать!
Мля, ну зачем я вспомнил чупокабру. Перед глазами возникла та ужасающая фотка с черной мордой, вытаращенными зенками и оскаленной пастью, а фоном поплыли тематические передачи с телеканалов для мракобесов и статьи из желтой прессы. Снежный человек — правда или вымысел? Жительница из села Запердыщево нашла в огороде труп загадочного существа — ученые в шоке! Мать-одиночка сообщила в полицию, что ее ребенка похитил оборотень.
А ну соберись, тряпка! Служанок драть — паладин, а подругу спасать — жим-жим?
— Я не трус…
Докажи.
— Я смогу.
Действуй.
— Я спасу ее.
Вперед!
— А-а-а!!!
Голос вернулся, зычным ревом прокатившись над облепленными инеем верхушками. Я спрыгнул с крыльца и замахал обломком как мушкетер шпагой, оставляя перед собой светящиеся полосы.
— Хочешь меня напугать? Иди сюда, ублюдок, мать твою, я тебя сам напугаю!
Благородный порыв мгновенно испарился, а накатившая смелость обернулась волной жгучего стыда. Спутница вышла из леса, поправляя плащ, и с недоумением спросила:
— Чего разорался? Напал кто?
— Ты где была? — буркнул я, чувствуя одновременно и злость и радость. С одной стороны, подруга вернулась живой и невредимой, с другой — застукала меня за приступом дебилизма, который наверняка уронил и без того не самое высокое уважение.
— Под кустом, — равнодушно отозвалась Лира.
— А что ты там забыла?
Она насупилась и уперла кулаки в бока:
— Совсем глупый?
— А…
Страх сменился легким отвращением. Это ведь хвойный лес, там ни кустов, ни листьев, только снег. Б-р-р-р…