— И как они попали в наш мир?
Девушка развела руками:
— Возможно, Колбан призвал.
— А у них есть уязвимости?
— Откуда мне знать? — раздраженно бросили в ответ. — Я не волшебница.
— А что говорят древние легенды? Может, вспомнишь детскую сказку или какую байку? У нас говорят: дыма без огня не бывает, и в любом вымысле можно отыскать что-нибудь полезное. Марзальцы — это вроде демонов, порождения темного бога, так? Вот у нас, например, всякие черти боятся соли или чистого железа… а эти? Что ты о них слышала?
Лира села у печи и нахмурилась.
— Лишь то, что марзалы питаются пороками. Страхом, гневом, похотью.
Я нахмурился и поскреб заросший подбородок. Да, в арсенале больше нет колдовской силы (видимо, разочаровал владык, а они, кхм, разочаровали меня), и вострая сталь тут не поможет, но там, где не справляются меч и магия, стоит призвать на помощь голову — уж она-то на плечах… ну, пока что, и работает как надо. Логика — основа всех наук, и первый вывод не заставил себя долго ждать:
— Получается, чем сильнее мы боимся, тем сильнее и твари?
— Может быть, — устало протянула Линн, явно потеряв надежду и присматривая угол почище, чтобы лечь там и помереть. — Не знаю. Я не воин света и не священник.
Я повернул меч клинком к себе и увидел в отражении небритую осунувшуюся рожу. Рожу, которую увидишь в толпе и забудешь через секунду. Рожу одного из миллионов, очередной серой посредственности, которой выпал божественный шанс стать кем-то большим, чем частичкой безликой толпы, миллиграммом людской биомассы. И за этот шанс не стыдно отдать жизнь.
Я не повторю судьбу того парня под шкурами. Если так и так подыхать, то лучше сгинуть пытаясь, чем не попробовать вовсе. Пан или пропал.
— Эй, ты куда⁈ — крикнули в спину.
— Жди здесь, — процедил я сквозь стиснутыедо скрежета зубы.
Умные люди полагают, что больше всего нас пугает неизвестность, а не клыкастые монстры, зомби, призраки или скримеры. Взять, к примеру, Чужого. Это же просто хищный пришелец, типа инопланетного волка или медведя — фигли его бояться? Но если не знать, кто он на самом деле, откуда явился и чем живет — инфаркт обеспечен. И пока я не выясню, как выглядят наши жевачные ублюдки, вся дальнейшая задумка бессмысленна…
Давайте, мистер Смит, ваш выход.
Страха — нет.
Спасибо.
Чуть приоткрыл дверь и просунул в щель клинок. Повернул. На сверкающей глади отразилось нечто белое и округлое. Сразу и не поймешь: то ли сугроб, то ли огромная куча талого зефира. Но вот открылись черные глаза с красной радужкой — размером с кулак и выпуклые как у осьминога. Тварь раззявила воронкообразную пасть, полную острых зубов, и протянула щупальце.
Тугой жгут качнулся в полуметре от лица. Сердце заколотилось, и в этот миг из кончика щупальца выскочили когтистые отростки. Так вот как ты охотишься, козел. Я глубоко вдохнул и унял дрожь в теле, с любопытством естествоиспытателя разглядывая жгут. В мыслях сразу возник добрый дедушка из передачи про животных, знакомым с детства хриплым голосом рассказывающий о неведомой зверушке. Внешность бледного хренпоймиктозавра отвратительна, кхе, и ужасна, но так ли опасен представитель этого вида на самом деле?
Представил это и чуть не заржал. Страх утек как вода из бочки с пробитым днищем. Щупальце тут же втянуло когти, коснулось холодного лезвия и уползло прочь.
— Леня! — взвизгнули из комнаты. — Стой!
Поздно. Смело шагнул на крыльцо. Подбоченился и задрал голову, щурясь от утреннего солнца. Твари выпучили зенки и все разом уставились на обнаглевшего в край человечка, но ни одна не посмела напасть. Оказалось, их было вовсе не две. Всю крышу усеивали жирные пульсирующие слизни с несчетными отростками. Наверное, при желании они могли принимать любую форму, даже человеческую. И слава всем богам хаоса, они оставаясь при этом достаточно толстыми, чтобы не протиснуться в дымоход.
— Леня! — Девушка схватила подол плаща и попыталась утащить внутрь.
Спокойно ответил:
— Идем.
И протянул ладонь.
— Но…
— Все будет хорошо, — улыбнулся, объятый золотым ореолом солнечных лучей. — Главное не бойся.
— Легко сказать, — буркнула она, воровато озираясь.
— Я же цел. На крышу только не смотри.
— Уверен?
— Как никогда прежде. За мной.
Мы взялись за руки и спустились с крыльца. Первые секунды бегства прошли без происшествий, и вдруг как назло одна из гадин протяжно квакнула. Скорее всего, просто зевнула, нежась в тепле после ночного дебоша, но Лира вздрогнула и оглянулась. Малейшего испуга хватило, чтобы взбудоражить всех без исключения чудищ. Слизни надулись, как жабьи мешки, выпятили хоботами пасти и метнули к спутнице скрученные щупальца. Обвив запястья и лодыжки, марзальцы буквально распяли ее в воздухе и поволокли наверх, возбужденно стрекоча.