Издали казалось, будто эйны носили облегающие водолазки нежно-голубых оттенков. Одежды выглядели довольно футуристично, а на деле оказались снятыми целиком шкурами каких-то морских животных вроде тюленей, с прорезанными отверстиями для головы и рук. Оттого и сидели так плотно, подчеркивая мускулатуру крепких торсов. Но этого явно не хватало для холодного края, и воины утеплялись короткими куртками и штанами мехом наружу. Мечей или кинжалов я не разглядел, но за спинами покачивались дуги луков, а к седлам были приторочены сумки с метательными дротиками.
Помня заветы самого дружелюбного иномирца, я поднял руки и улыбнулся, намекая на добрые намерения. Однако скачущий во главе отряда кряжистый детина выхватил дротик и швырнул мне под ноги.
— Стой где стоишь, марзалово отродье! — прорычал великан, сверкая глубоко посаженными глазами из-под выпирающих карнизов надбровных дуг.
Всадники выстроились перед нами дугой на расстоянии броска. Кожа незнакомцев просолилась и задубела от ледяных морских ветров и сделалась похожей на пергамент, карие глаза сурово блестели из-под косматых бровей, приплюснутые ноздри часто трепетали. Темные пряди собраны в тугие узлы на затылках, на тяжелых челюстях ни щетинки. И бритвы тут ни при чем: как вскоре выяснилось, волосы у эйнов растут только на головах.
— Никакие мы не отродья, — возразил я, стараясь не повышать голос и говорить внятно и учтиво.
— Вы явились из Долины Мертвецов! — громыхнул бугай. — Оттуда еще никто не возвращался!
— Все бывает в первый раз…
Воины зарычали и вскинули дротики.
— Спокойствие, только спокойствие, — я вел переговоры с той же мягкой настойчивостью, понимая, что если бы нас хотели убить, то еще на подходе нашпиговали бы копьями. — Эти ваши марзальцы боятся целебной магии, вот я их и отогнал.
Вожак чуть изменился в лице: морщины на посеченном шрамами лбу разгладились, дыхание выровнялось, а звериная ярость ушла из взгляда. Если прежде амбал напоминал гопника перед дракой, то теперь — рассерженного отца, чье ненаглядное чадо где-то шастало всю ночь.
— Так ты, стало быть, лекарь? — с недоверием прогудел он.
Я свел большой и указательный пальцы и посмотрел на собеседника через щелочку.
— Докажи! Или убирайтесь восвояси, бесы!
— Да легко. Кого подлечить?
Эйны опасливо переглянулись. И трусить перед своими зазорно, но и испытывать на себе непонятную магию не очень-то хочется. Дикари постарше остались в седлах, спешился самый молодой и на ходу снял куртку.
— Вот. — Указал на гноящийся нарыв. — Каракатица цапнула. Уже месяц не заживает.
Я поднес обломок к синюшно-бурой шишке размером с грецкий орех, увенчанной косматой гнойной шапкой, и проворчал:
— Не болей.
Золотое свечение окутало кожу и исчезло вместе с раной.
— Хм… — Старший потер подбородок. — Похоже, не брешешь. Но я тебе все равно не верю. Пусть шаман решает, как с вами быть. Дайте им лошадей!
В седле я держаться умел — пару раз ездил на конные экскурсии. К тому же, нам выдали самых смирных кобылок, которые послушно плелись в окружении конвоиров.
— Шаманы у эйнов главные, — тихо сказала Лира. — Они все решают. Поэтому не оплошай, иначе топать придется на своих двоих. И то если повезет… А сделаешь все правильно — получим не только лодку, но и ватагу ушкуйников.
Слово показалось смутно знакомым, но решил уточнить:
— Кого-кого?
— Речных пиратов. Раньше они держали в страхе всю Саммерен. Лишь век назад их разбили королевские гвардейцы и колдуны Совета и отогнали на побережье. Эйны — отличное подкрепление для Борбо, но они живут разобщенными племенами. Всех под один стяг не загонишь.
— И как же мне впечатлить шамана?
— Не дерзи, не шути, не бахвалься, много не болтай и самое главное — не тупи.
Я закатил глаза и выдохнул:
— Миссия невыполнима.
— А ты постарайся! Берись за любую работу, напирай на лекарскую силу, про иное колдовство молчи. Иначе погонят воевать с соседями.
— Ладно. На месте разберемся.
В стойбище пахло солью и вяленой рыбой. У яранг стояли огромные чаны, женщины выпаривали в них морскую воду. Детвора тоже не сновала без дела: чинила сети, кормила скотину, убирала навоз. Мужчины на длинных плоскодонках рыбачили или били заплывающих в реку морских зверей. Видел, как гарпунщики втащили на борт нечто, напоминающее моржа со скрученным как у нарвала рогом.