- Вы путаете нас, профессор. – Это тихо Алиса. – Вы говорите о духовности людей? Хорошие и Плохие, в вашем пояснении, это направление их духовного развития? А Никакие – это те, кто мёртв уже при жизни? Ходят, жуют, общаются с такими же как они сами, но в жизни не имеют ни настоящих чувств ни настоящих устремлений?
- Вы просто умница! – У Профа засверкали от удовольствия глаза. – Вы знаете что по статистике… большинство озомбировшихся… Тех, кого просто нет… Это в основном, так называемое, среднее звено. В той же Москве, подавляющее большинство зомби – это бывшие офисные работники! Люди без духовности, живущие по программе…
- Минуточку… откуда такая информация? – Полковник хмурится, и я его понимаю. Слова про «планктон» зацепили и меня.
- Пока был интернет, я общался с ребятами айтишниками. Они в самом начале беды, взломали федеральный сервер, и получили доступ к статистике: живых, погибших, пропавших… На второй день, методом вычитания, уже получили примерное число и списки зомбировавшихся. Это конечно весьма обобщенно, по озомбированным, ведь были и просто погибшие. Но статистика укладывается в пол процента.
- Настоящий шок… - Нона трёт лицо руками. – По-вашему, значит, существует рай и ад, профессор?
- А вы в этом сомневаетесь милочка?.. Не тот, конечно, не библейский… Но тем не мене, вы же не станете отрицать, что вся история человека, и общая и личная, это эволюция… во всех её проявлениях. Старики никогда не успеют за молодыми, и всякое последующее поколение прогрессивнее предыдущего.
- Если исключить личностную деградацию, то в целом верно. – Алиса.
- Проф! – опять не выдерживаю. – К вам во снах приходила дочь!
Он поворачивает ко мне лицо… смотрит в глаза…
- Наша Земля… сделала шаг в развитии. Шагнула вперёд… Люди – часть земли. Мы были вынуждены, шагнуть вместе с ней…
- Ваша дочь…
- Она тоже сделала шаг. Как и всякий духовно развивающийся человек на земле… По научному, это явление называется; трансформация плотных энергий в тонкие.
- То есть, - допытываюсь, - она где-то там сейчас жива?
- Безусловно. Как и любой из тех, кто достиг личного уровня, чтобы… перейти в тот, следующий, второй класс.
Снова молчание в комнате. Каждый переваривает своё.
- А как же тогда ад, Григорич? – Василий впервые подал голос за весь разговор.
- Да забудьте вы эти бредни!! – Проф раздражённо машет рукой. – Черти, адские печи, сковородки… Ну не ужели, если религия утверждает, что Бог это есть суть любовь, милосердие и прощение… То Он, при этом, способен обречь собственных детей, на вечные пытки??? Это алогизм господа… Вот вы сами, способны отправить собственное дитя на вечные пытки, даже за убийство?
- Перегруз, проф… - уже я тру лицо ладонями.
- Мы… по факту… остались в чистилище, господа… И нам предстоит завершать наш личный духовный путь, уже в новых реалиях. Вы удивитесь, господа… но часто, большое страдание, заставляет даже очень плохого человека, обратиться к раскаянию.
- Какая-то ерунда, - сцепляет зубы полковник. Профессор лишь жмет плечами – как хотите.
- Плохой человек, или хороший… до тех пор пока у него есть личностное движение – у него есть шанс на преображение. У тех же кто пуст – внутри пустота, они уже мертвы. Они и при жизни были мертвы.
- Григорич… а как же все эти ареалы и прочие инопланетяне? – Василий. Хороший вопрос.
- Представь себе рыбку, выращенную в аквариуме… Рыбка, по своей ограниченности, не будет знать, что рядом есть море… До тех пор, пока ты её туда не выпустишь… Добро пожаловать в море, господа! Тут много других, более страшных и больших рыбок.
Ночью, лежа на кровати без сна… смотрю в лунное окно. Разговор не идёт из головы. Да и других мыслей много, не дают уснуть.
Хороший, плохой… главное у кого ружьё? Старая хохма… Мне вот дают очки за убийство дряни… тех, кто готов издеваться и убивать наших детей, сестёр, отцов, матерей… Но разве, я, убивая, могу быть хорошим?.. Или это режим защитника какого?..
Вон, Нона с Полковником, как чуть расчухались, от того, чем вгрузил нас профессор, так дали свою статистику… У них тут сорок шесть мужиков на сто тридцать три женщины. И предпосылок к изменению ситуации пока не видно… Бойцов нет, оружия нет. Со складами продовольствия туго, от слова совсем. А жить хочется…
Не хватает воздуха… или мысли не дают лежать… Накидываю халат, выданный мне хозяйкой дома, стараясь не шуметь, иду на улицу – там в саду, видел скамеечку, среди цветущего шиповника.
Выхожу, иду по траве к искомому… усаживаюсь… Тепло… аромат ночного сада наполняет грудь… тишина… звездная чернота и неба, манит глубиной и непознанностью… Мир так тих, так спокоен… словно не знает о преображении…