Не говоря ни слова мы с Василием Иванычем встали и пошли на выход. Свет в прихожей зажигать не стали. Пока мы искали свою обувь, открылась входная дверь, и вошла Женя. Она была одна, без детей. Увидев нас в прихожей, она медленно закрыла за собой дверь и спиной прислонилась к ней, заведя руки за спину. Женя сначала взглянула в сторону кухни. В светящемся прямоугольнике кухонной двери четким силуэтом чернела фигура сидящего на полу Лехи. Потом она перевела взгляд на Василия Иваныча, который, уже поняв что-то для себя, смотрел на нее ожидающе-безнадежно, как будто знал, что она скажет.
– Здравствуй, Саша, – произнесла она, даже не посмотрев на меня. Вы, ребята идите. И ты, Вася, иди. Тебя жена, дети ждут, а мне вот здесь надо… – Она сняла туфли и пошла в кухню.
Когда мы выходили я оглянулся, в дверном проеме темнело два сидящих на полу силуэта.
Выйдя на улицу, я достал из кармана телефон и начал искать в нем номер Ленки, чтобы позвонить и предупредить ее о том, что сегодня к Лехе приезжать нельзя.