– А, вот кто мне, получается, ночью звонил! – прозрел я. – Хорошо, что я забыл перезвонить. Надо будет этот номер как Катин новый забить, а то попадусь так когда-нибудь.
– Она там точно с ума сойдет, бедная.
– Так, а где ж ты ночевал тогда?
– Не ночевал я Андрюх. Вообще не спал. Пил часов до десяти в том же клубе с оставшимися коллегам, а потом один. После по кофейням шлялся.
На этих словах он опрокинул еще рюмку, даже не подождав меня. За такое неуважение я его сразу простил. Ему нужнее.
– Она еще, представляешь, к себе звала. Хотя знает, что я женат. Ни стыда ни совести у девки. Я даже изменять-то и не хотел. Зачем оно мне надо. Я Катю люблю...
– Если не хотел, так скажи. Ты ж ее любишь, она поймет... – начал я.
– Поймет? Поймет?! Что какая-то пьяная баба на корпоративе мне язык в глотку засунула она поймет? Ты хоть понимаешь, как это выглядит? Да у меня после такого признания ни жены, ни детей, ни, блин, Андрюх, корпоративов в жизни не будет больше.
– Да-а-а, – протянул я. – Тебе нужно срочно ей позвонить. Действительно волнуется…
– А алиби?
– Ну, скажи, что у меня был. Делов-то. Не впервой мне тебя перед женой прикрывать.
– Не знаю. Не могу я. Весь сейчас на нервах опять. Неубедительная ложь выйдет.
Саша сделал большие жалостливые глаза. Настолько большие, насколько мог после бессонной пьяной ночи. Он направил их прямо на меня, так что я уже знал, что за этими глазами дальше последует.
– Андрюх, позвони ты ей. По-дружески...
– И что я ей скажу? Где ты сейчас? Почему сам не звонишь? Нет. Звонить должен ты. Правильно сказал, она волнуется там сидит. Пока тебя не услышит, ей легче не станет. Это же твоя, Саш, жена. Твоя жена. Никто другой этого за тебя не сделает. Врать тебе не привыкать. Ты ж кредиты людям впихиваешь. Говоришь, что это их мечта, что они потянут и будут счастливы.
Санек хотел что-то возразить, но в этот момент зазвонил мой телефон. На экране высветилось: «Алиса в толстовке». Я машинально отвернулся от Санька, чтоб он не увидел. Но он все же разглядел.
– Она?
– Да.
Пока мы препирались, телефон перестал жужжать.
– Позвони своей Кате сам. Будь мужиком! Тебе с ней дальше жить... А я Алисе позвоню. Пошли!
Я встал и презрительным взглядом посмотрел на Санька. Он тоже встал. Мы в чем были выскочили на улицу и разошлись по разные стороны от крыльца.
Тогда я подумал, что такая решительность мне не свойственна. Но тут что-то екнуло. То ли дружеские чувства, то ли все произошедшее со мной за этот месяц… Мне хотелось принимать решения, быть ведущим, быть ответственным. К тому же, от Санька ответственностью нынче не пахло.
Алиса трубку взяла сразу:
– Привет.
– Ты куда пропала?! – заорал я в телефон. – Я уже хоронить тебя собрался. Нельзя так с людьми. Игнорирует она меня по три дня!
– Андрей, Андрей... – прерывала она, – успокойся. Прости меня. Я никого не хотела видеть...
Голос ее звучал как обычно. Ни грустно, ни весело. Алиса была как Алиса.
– Что, сложно было это сообщением написать? Я бы так не волновался. А тут пропала и ни слуху ни духу. Что я должен думать?!
От холода или от злости, а может и от того, и от другого, я ходил туда-сюда вдоль здания, не останавливаясь ни на секунду.
– Прости, – повторила она. – Ты за меня так волновался? Правда?
– Конечно, правда. Думаешь, можно просто взять и появиться в моей жизни, залезть мне в самый мозг, а потом исчезнуть?
Тут я остановился и понял, что слишком осмелел. А еще согрелся. Алкоголь ударил в голову, и я наконец-то почувствовал расслабляющее опьянение.
Алиса молчала.
– Ладно, прости, что накричал. Ты тут?
– Тут. Встретиться с тобой хотела. Завтра сможешь?
– Смогу. Только давай не очень рано.
– У меня после четырех дела важные. Давай в три?
– Что, такой короткий у тебя ко мне разговор?
– Завтра все скажу.
– Ла-а-адно, – протянул я, уже слегка постукивая зубами.
– До завтра.
Алиса отключилась, а я еще несколько секунд стоял с телефоном у уха. Бросив взгляд на вход в клуб, я встретился глазами с Саньком, который уже тоже закончил говорить, и пошел к нему.