– Как прошло? – спросил он меня с ходу.
– Нормально. Странная она какая-то. Назначила мне встречу на завтра. Что случилось, не говорит. Волнуюсь я за нее. Хотя, жива, и то хорошо. А ты что так быстро? Катя трубку не взяла?
– Взяла. Но она спала уже, так что мне повезло. Ругаться не стала. Я ее успокоил, сказал, что был у тебя, а телефон оставил в куртке на вибрации, вот и не слышал. Сказал, что перепил и весь день сегодня отсыпался и мучился. Считай, не соврал... – улыбнулся он.
– Думаешь, поверила?
– Надеюсь...
Мы зашли обратно, протиснулись сквозь толпу к своим местам и выпили еще по рюмке. Люди на танцполе уже начали плотно прижиматься друг к другу, а у бара толкались сильно пьяные и сильно некрасивые женщины.
– Вот это у нас приключения... – промямлил Сашка, – прямо как в былые времена.
– Да... Давненько я так не развлекался. У меня-то еще нормально все, в пределах допустимого. А вот ты маху дал, я в шоке.
– У тебя в пределах допустимого? Волнуешься сидишь тут за какую-то девчонку, которую знаешь без году неделя. В литературный клуб за ней ходить начал. Андрей! Ты и литературный клуб!.. Где тут норма-то?
– Ой, ладно тебе...
– Нет. Это вообще не нормально, – продолжал издеваться надо мной Сашка. – У тебя к ней либо отцовские чувства, либо романтические. Другого не дано. Но и то, и то звучит хреново.
– Дружеские, Саш. Дружеские! Я так устал уже это повторять.
– Андрюх, ты парень. А она баба. С девками дружбу не водят.
– Ну, не скажи... С коллегами вот, например, все дружат, и это нормально.
– И что с того? – перебил он меня. – Дружишь, дружишь, а потом она вон как... Язык тебе в рот сует. Какая уж тут дружба?
– Сложный это, Саш, разговор, – заключил я. – У вас хоть коллеги нормальные. А у нас один скотный двор остался да Света.
– Кстати, как там ваша контора? – спросил Саша, посмеиваясь. – Выкупать, слышал, будут.
– Не так давно это и твоя контора была, Саш. Вовремя ты, кстати, смылся, – сказал я и похлопал его по плечу.
– Что делать думаешь?
– Да задолбали они меня там все. На прошлой неделе знаешь, что устроили?! Отчет за прошлый год по клиентской базе потребовали. Плановая, види те ли, проверка. А не сдашь – депрем.
Саша удивленно покачал головой.
– Платят копейки. Зарплата пришла сегодня, так мне на нее вот тут только выпить да за квартиру заплатить. И все удовольствия. Пашешь, пашешь пятидневку. Злости у меня уже нет.
– Так че ж ты там сидишь все еще?
– А знаешь, – задумчиво сказал я, – не знаю…
– Раз так бесит, переводись.
– Мне вот до этого еще терпимо было. Не шоколад, конечно, но жить было можно. А сейчас вообще кошмар какой-то пошел. Все еще на иголках сидят, сокращения ждут. И мне, наверно, тоже лучше под сокращение уйти. Хоть выплатят копейки какие перед уходом.
– А будет ли оно, это сокращение?
– В смысле?
– Ну, со своей директорской позиции говорю, вас покупать долго будут. Пока все бумаги оформят, пока то-се. Полгода пройдет, а клиентов так и не будет. Оно тебе надо? Полгода лапу сосать ради нищенского выходного пособия?
Я задумался.
– Им платить выходное пособие не выгодно, – продолжал Сашка. – И отчитываться перед государством за такие сокращения тоже не выгодно. Они вот что сделают... Начнут вас прессовать планами, таким образом понижая зарплаты. Оклад же у вас копеечный, основная часть – это продажи. А если не будет продаж и планы сказочные... Короче, доведут вас, чтоб сами увольнялись.
– Хм-м. А пошли они, действительно!
– Во-от. Это я понимаю, разговор, – бодро подхватил Санек.
– В понедельник же уволюсь! Надоело уже это все!
– И правильно. А если с деньгами напряг, так ты мне пиши. Друзья же, – он наклонился ко мне и громко так утвердительно сказал: – Ты меня, Андрюх, сколько раз выручал. Да хоть щас взять ситуацию. Я ж тебе по гроб обязан буду! Так что ты не стесняйся. А сегодня, раз такая пьянка, я плачу́!
Он взял последнюю рюмку, вложил мне в руку и торжественно крикнул: