***
Утро началось с громких голосов на лестничной клетке. Подумал сначала, что строители пришли, наконец-то, доделывать ремонт. Но нет… Когда выходил из квартиры, никаких признаков рабочей бригады обнаружено не было. Только зря разбудили раньше будильника. Который я там день уже не высыпаюсь?
Маневрируя между лужами, я дошел до салона и, топая и ерзая на коврике перед входом, попытался стрясти с ботинок как можно больше влаги. Мимо меня быстрым шагом и с высоко поднятой головой прошел Гриша. Он ни на секунду на коврике не задержался, и, шаркая по плитке оставил за собой размашистые грязные следы.
– Опасный ты, – сказал я ему, когда закончил отряхивать ботинки и подошел к своему столу.
– Ты о чем?
Я опустил глаза вниз и кивнул в сторону лужицы, образовавшейся под стулом Гриши.
– Собрание же сегодня.
– А-а-а… Да какая уже разница?! – бодро ответил Гриша. – Что они мне сделают? Уволят?
Он высокомерно усмехнулся и продолжил пялиться в свой монитор, а я скривил губы и подумал: «А действительно… И что я парюсь?»
***
Перед самым собранием я решил сходить до туалетов, потому что неизвестно, на сколько это все может затянуться. А вернувшись увидел, что уже пришел региональный директор вместе со своей помощницей. Они стояли и перешептывались о чем-то в сторонке, пока наши перетаскивали стулья в центр салона и рассаживались полукругом. Только я повернулся в направлении своего стола, чтоб тоже взять стул и занять положенное место, как на меня со спины налетела Маша.
– Вот ты где! – крикнула она, слегка стукнув меня по плечу. – А я уже обыскалась, помнила же, что утром тебя видела. Куда, думаю, пропал?
Я с непониманием смотрел на Машу и хлопал глазами.
– Ты Свету не видел?
– Не видел, – задумчиво ответил я.
Я вообще сегодня кроме Гриши ни на кого внимания и не обратил.
– А она ничего тебе не писала, не звонила? – продолжала Маша допрос.
– Нет… А что?
– Ну, она не пришла сегодня на работу. И никто не знает, где она и что с ней. Трубку не берет, на сообщения не отвечает… Думала, может ты что-нибудь знаешь.
– Нет, – повторился я.
– Жаль. Ну, ладно, – с грустью в голосе ответила Маша и отправилась восвояси.
«Ну вот, – думал я. – Сначала послала меня нафиг, а теперь и вовсе пропала. И что с ней происходит?» Я правда надеялся, что с ней все хорошо. Даже соскучился по ней сильно. И по нашим перекурам особенно. Теперь без Светы работать стало совсем невыносимо. Она была единственным человеком в этом проклятом салоне, кто меня не бесил. Как вернется, надо будет, во что бы то ни стало, помириться. Однозначно надо.
Каким-то загадочным образом вышло так, что мы сели с Машей рядом. Началось собрание. Наш региональный директор в своем вызывающе дорогом и красивом костюме вышел на центр импровизированного полукруга и начал издалека. Он говорил о прошлогодних успехах салона, о том, какие мы все хорошие и как он нами гордится. Только при этом всем смотрел он исключительно на свою помощницу, занявшую место в середине первого ряда.
Я его практически не слушал. Хотя бы потому, что с прошлого года жуть как все изменилось. Пусть он таким, как Никита мозги пудрит своими сладкими речами. А я ждал, когда разговор зайдет про реальные вещи. Про то, что происходит с фирмой сейчас и, что в ближайшее время нас всех ожидает.
– Пс-с-с, – ткнула меня локтем в бок Маша, – Света ответила.
Она повернула ко мне экран своего телефона, на котором я успел разобрать лишь три сообщения:
Маша: «Ты где потерялась сегодня? Все хорошо?»
Маша: «Светааааа! Че не отвечаешь? Я ж волнуюсь».
Света: «Прости, спала, телефон не слышала. Я сегодня больничный взяла. Хреново себя чувствую».
– Слава богу, – еле слышно прошептал я Маше.
– Прошу вас слушать внимательнее, так как это касается всех нас! – обратившись в нашу сторону сказал начальник и продолжил свою речь о том, какие сейчас сложные времена, как кризис и всякие прочие факторы повлияли на нашу компанию и на остальные автосалоны.