– Не-е-е. Я не из этих. У самого дома две кошки. Дочь принесла.
– Повезло мне, значит, – ответил я.
На этом наш разговор и закончился. Я ехал, смотрел в окно и думал, как так вышло вообще, что я тут оказался? Мог ли я позавчера, соглашаясь на эти посиделки с шашлыком, подумать, что буду днем в воскресенье ехать в такси с малюсеньким котеночком, да еще и к маме в гости? «Хотел отдохнуть, называется… – бурчал я сам себе мысленно. – В итоге все выходные коту под хвост, – я усмехнулся, – в прямом и переносном смысле. Вот так всегда. Как только сильно хочется отдохнуть – получите приключений по полной программе».
***
Мы заехали в мамин двор. Таксист, вглядевшись в глубь двора, всего заставленного машинами вдоль дорог и на газонах, повернулся ко мне и спросил:
– А там проехать можно будет?
– Чего не знаю, того не знаю, – ответил я, пожав плечами. – Я не вожу, да и двор не мой.
– Понятно… – пробормотал таксист.
– Так давайте я здесь выйду, чтоб Вам не колесить.
– Точно? – удивился тот.
– Точно… – неуверенно ответил я.
– А оценку плохую не поставишь?
– Ха-х. Нет конечно, – усмехнулся я и открыл дверь.
– А то смотри! Если надо, я довезу до самого подъезда…
– Да не надо, – перебил его я. – Все нормально. Пять звезд поставлю, не волнуйтесь.
– Спасибо, брат.
Я вышел, зачем-то улыбнулся таксисту через боковое стекло и пошел вдоль машин по асфальту, потому что пешеходного тротуарчика тут нет и никогда не было. «Все еще тепло», – подумал я и не понятно, почему удивился этому. Хотя было совершенно логично и даже очевидно, что если утром у Светы было тепло и вчера было тепло, то и сейчас должно быть тоже тепло, ну или, хотя бы, нормально. Я подставил лицо под солнце. Оно так приятно и сильно пекло. Хоть бы эти проклятые дожди никогда снова не начинались. Хоть бы всегда была такая замечательная погода. А в городе было даже еще замечательнее. Почему? Потому что не было ветра! Так тихо в этих дворах. Даже подозрительно тихо. Ни ветра, ни детей, ни даже машин. Пустота и тишина. Странно…
Поглаживая свою шевелящуюся ветровку, я дошел до маминого подъезда и набрал цифры на домофоне.
– Кто там? – раздался в динамике мамин голос.
– А вы еще кого-то ждете? – ответил я с долей сарказма.
Домофон пискнул, и я зашел внутрь. Подъезд маминого дома очень сильно отличался от моего. Хотя бы тем, что тут не шел ремонт. При этом создавалось ощущение, что ремонтируют, моют и красят его каждую ночь, чтоб никто не видел, чтоб никого не напрягать и не мешать людям строительной пылью. Потому что выглядел он очень опрятно. Будто в нем никто и не жил еще. Вдобавок подъезд отличался чересчур одомашненным видом. Кругом, начиная с первого этажа, заканчивая маминым, – пятым – везде стояли растения в горшках. В разных горшках разные растения. И по виду, и по размеру. Оранжерея какая-то, честное слово. Было понятно, что это каждый жилец повытискивал свое добро из квартиры. И получилось кто во что горазд. На некоторых этажах даже прямо в подъезде стояли кресла и висели картины вроде пейзажей и натюрмортов. Зачем? А дом старый – красивая сталинка с фасадом, украшенным всякими узорами и выступами – потолки тут высокие и лестничные площадки большие. Не дом, а зáмок.
Когда я добрался до пятого этажа пятиэтажного дома со странно высокими ступеньками, уже немного вспотел и запыхался. Да-а-а… Вот что значит покуривать на работе от безделья. Посадил себе дыхалку что ли?
Дверь в квартиру была приоткрыта. Я зашел. Снимать кроссовки пришлось ногами, наступая на пятку. Я сжимал в руках дрожащего котенка и ждал, пока кто-то появится в прихожей.
– Андрюш, что-то ты рано, – послышался мамин крик из-за угла.
Потом из-за этого же угла показалась сама мама в фартуке, отставив обе руки в стороны и растопырив пальцы.
– Привет, – ответил я. – Да вот, так уж получилось…
Мама чмокнула перед собой воздух.
– Обнимать уж не буду, руки грязные, – она развернулась и снова исчезла за углом. – Ты проходи пока. Я сейчас.
– А где Яна? – спросил я громко, пройдя в зал.
– В комнате, наверно, – не оборачиваясь ответила мама.