Я кликнул курсором по красной жирной надписи «Комментарии», и всплыло новое, такое же голубое окно.
– Я не прошла по художественной специфике, – начала Алиса, как только я попытался вглядеться в написанное, – то есть по теме произведения, раскрытии в ней героев, сюжетной линии и т.д. Это не технические параметры. Подать на другой конкурс тут не поможет. Они все в этом смысле одинаковые… Я так… так разочарована!
Я мог лишь сидеть и понимающе хлопать глазами. До меня все еще не доходило, как она могла не победить и, что такое эта специфика. Наверно, мне и не нужно этого понимать сейчас.
– Я не учусь, не работаю, – продолжила Алиса после небольшой паузы. – Хочу поступить на литературный. Туда нужно портфолио. И, знаешь, я когда начинала, стала искать, что и как писать, проходить всякие курсы. Собственно, поэтому и попала к Настасье Евгеньевне. Еще кучу всяких блогеров-писателей начала смотреть. И поняла, что многие пишут на заказ. Много где писали, в том числе и на площадках самиздата, что писатель как профессия предполагает… как бы так сказать… шаблоны и изучение запросов публики. Например, можно заметить, что большинство детективов пишутся похожими схемами. Они популярны. Если посмотреть, сейчас на рынке два основных направления книг: детективы и фантастика.
– Так... – поддакивал я.
– Я сутками торчала на сайтах агентств, издательств и конкурсных представительств, пыталась понять, что им нужно, чтоб меня печатали, чтоб я проходила. И мне так становилось от всего этого тошно. А потом появилась Настасья Евгеньевна. У нее я совсем недавно, но за это время она показала, что не обязательно соответствовать каким-то запросам, чтоб писать и, чтоб тебя читали. Что нужно пытаться найти именно свою нишу. Тогда писательство не будет работой. И я пыталась найти. Пыталась этот рассказ написать от самого сердца. А они...
Алиса молча встала. Глаза у нее были уже на мокром месте.
– Я сейчас, – сказала она и направилась к туалетам.
Как же так? Я был просто уверен, что все будет хорошо. И переполнивший меня оптимизм за то время, что я добирался до сюда, не исчез. Ее нужно как-то успокоить. Развеселить. Но как?
Она вернулась. Глаза и нос у нее были слегка алого цвета. Она взяла одной рукой рукопись, а второй провела по страницам сбоку, как будто листая. И все еще стояла возле столика с пустым выражением лица.
– Да не плачь ты! Все будет хорошо, – сказал я настолько ласково, насколько вообще мог. – Первый блин комом. Попробуешь еще.
– Я неудачница. Как я это родителям скажу теперь?
– Ну, ты же не для них писала…
Алиса молча уставилась в одну точку.
– Все хорошо будет, – медленно продолжал я. – Попробуешь еще раз. Родители твои сами в молодости ошибались. Все ошибаются.
– Ну и что? Вернусь я на эти курсы... А дальше? – сказала она, шмыгая носом. – Я хочу писать не на поток и не ради потребностей публики. Мне хочется, чтоб каждое слово, написанное мной, имело смысл. Жило само по себе, понимаешь?! Без этих ваших правил. Вот Булгакова, что, учил кто-то, как строится композиция рассказа?! Ему говорили, что его герои не раскрыты, а сюжет стоит?! А ведь «Мастер и Маргарита» – то еще месиво. Да ну вас всех... – она швырнула распечатку на стол и растерянно села рядом. – Искусство не должно быть по правилам... А меня заставляют. Заставляют жить по этим дурацким правилам!
– Тогда забудь.
– А?
– Забудь о них. Об этих конкурсах, о судьях. О родителях забудь. Забудь и не слушай.
– Легко сказать. Я так… Так я устала...
Она уставилась в стол и подперла подбородок руками.
– И что, ты теперь будешь печатать шаблонные рассказы? Как сочинения в школе?
– Нет.
– А что тогда? Перестанешь писать?
– Нет. Я хочу писать!
– Ну, заведи блог. В двадцать первом веке живем. Мы же уже говорили с тобой, что сейчас все в интернете. Пиши туда, собирай аудиторию. Кому интересно, найдутся и подтянутся. Я тоже не хочу, чтоб ты менялась под это, – я тыкнул пальцем в ноутбук, – не хочу, чтоб подстраивалась под них.
– Нет, ты не понял. Ты думаешь, я не пыталась? Не выкладывала в сети, не делилась? Всем до лампочки, что я там пишу! Меня никто не читает, кроме родителей. И те только потому, что я попросила. Но среди моих, так называемых, друзей – никого! А вот если я выиграла бы хоть один конкурс, выучилась, стала бы хоть немного известной, я бы нашла тех, кто со мной на одной волне, понимаешь? Свою аудиторию нашла бы…