Низкое рычание было пугающим, и я посмотрела на Разиэля, сидевшего напротив. Он выглядел совершенно… диким. Я уже слышала это рычание раньше. Прошлой ночью, прямо перед тем, как он схватил меня и улетел со мной прочь от Тамлела.
— Нет, — сказала я, отводя глаза.
— С Тамлелом, — Азазель продолжил свою инквизицию. — Он тоже слизывал твою кровь, отреагировал на предложение крови из твоей раны?
— Нет. Он был без сознания. Гораздо ближе к смерти, чем Гадраэль.
Очередное рычание от Разиэля.
— Объясни.
«Чёрт, — подумала я. — Но честно, что такого ужасного было в том, что я сделала? Была критическая ситуация и я отреагировала инстинктивно, и они должны были тратить своё время на выяснение кто впустил Нефилимов, а не изводить меня». Я вздохнула, зная, что Азазель не остановится, пока не получит свои ответы.
— Когда Тамлел не отреагировал на прижатую к его губам руку, я… я открыла ему рот, затем разодрала рану, чтобы кровь свободно стекала, и тогда её капли попали ему в рот. Этого хватило, чтобы привести его в чувства, хотя бы отчасти, и он ухватился за мою руку и, ну… стал пить.
Я изо всех сил постаралась выглядеть наивной, но вряд ли Азазеля одурачишь. И уж тем более Разиэля.
— И он воспользовался своими зубами, так ведь? Проколол тебе вену?
— Да.
— И ты позволила ему продолжить, почти до смерти, до того, как Разиэль нашёл тебя и остановил его?
Я взглянула на Разиэля. Я никогда ещё не видела его таким разгневанным.
— Полагаю, что так, — нехотя ответила я. — Я ничего не соображала. Мне и мысли не приходило, что Тамлел в прямом смысле укусит меня — в конце концов, Гадраэль не кусал же. И к тому же полагаю, он остановился, когда ему было достаточно.
Я мельком посмотрела на Тамлела, который выглядел стоически. У него были такие же неприятности, как и у меня?
— Итак, у нас тут две вероятности, — сказал Азазель своим холодным, неэмоциональным голосом после долгой паузы. — Вероятней всего, Гадраэль был менее тяжело ранен, чем ты посчитала. Не перебивай, — добавил он, увидев, как я начала протестовать. — В его состоянии, вкуса крови, пусть и плохой, вполне хватило, чтобы вернуть его к жизни. Ты здесь находишься только в качестве партнёра для Разиэля, ты с ним не связана, и поскольку это необычно, представляется вероятным, что ты кровная пара Тамлела, и никто из вас этого не осознавал.
— Нет, — произнёс Разиэль тихим свирепым голосом.
Проигнорировав Разиэля, я взглянула на Тамлела. Он казался милым, очаровательным, но я не хотела быть его кровной парой. Я не хотела целовать его, трахаться с ним, бороться с ним… я вновь глянула на Разиэля, который, судя по виду, готов был вот-вот взорваться. Разиэль был иное дело. Я не могла сейчас заниматься тем, чтобы разбираться чего хотела, в чём нуждалась от него, только не сейчас, когда я была слишком измотана, чтобы мыслить ясно. Единственное, что я знала наверняка — я нуждалась в нём.
Проклятье. И он, вероятно, прочитал эту обнажающую мысль, уничтожив ту крошечную оставшуюся защиту.
— Тогда есть другой вариант, который представляется маловероятным.
Тишина в комнате была настолько мёртвой, что едва не душила, и Азазель похоже был не в настроении уточнять. Меня уже начало всё это раздражать. Я знала, что вот-вот последует.
— Ты собираешься продолжить или мы все будем тут сидеть в неловком молчании? — рявкнула я.
— Мы уже обсудили такую вероятность, — угрожающе сказал Азазель. — Мы лишь обдумываем это.
«Почему, чёрт возьми, такая прелестная, милая Сара вышла замуж за такого твердолобого зануду?» Я подалась вперёд.
— Но ты забыл включить меня в это обсуждение, которое, видимо, касалось именно меня. Я понимаю, что из-за вашего патриархального дерьмового образа жизни, вы позабыли, что у женщин есть мозги и мнение, но поскольку это касается меня, ты можешь просто выложить всё начистоту.
— Единственной другой альтернативой является то, что по неким причинам, по какой-то грандиозной ошибке или аномальным превратностям судьбы, ты новый Источник. В чём вообще нет никакого смысла. Источник должен быть кровной парой одного из Падших, а у тебя не было церемонии связывания. Не думаю, что ты одурачила меня своей шарадой — я прекрасно знаю, что всё это была игра. Кроме того, всегда проходит долгий период скорби, прежде чем обнаруживается новый Источник. Из этого следует, что ты не можешь быть Источником, это исключено.
— Исключено, — согласилась я, в животе забурлило. Я знала что приближалось. Я лишь надеялась, что ошибалась. — Но, что если я Источник? Это же не значит, что я должна быть твоей кровной парой, так?