Ильин замер. Посмотрел на сына, захлебывающегося в крике. Его плач бил по ушам, дергал за нервы. Толя казался жалким и изнеженным. Дико раздражал. Хотелось снова прикрикнуть: «Ну-ка, веди себя как мужик! Сопли подбери! Чего, как нюня разнылся?».
«Будь Полина его матерью, сын бы не вырос таким рохлей» — подумал с горечью. Стоило вспомнить о сероглазой женщине, как что-то светлое коснулось души, погладило мягкой лапой, развернув все его чувства на сто восемьдесят градусов.
Отец шагнул вперед, еще больше напугав ребенка. Толик попятился, заверещал, как загнанный в угол звереныш. В кабинет заглянула нянька, решив, что там кого-то убивают.
— Я, можно… Артем Денисович, уведу его, — промямлила и бочком попыталась подкрасться к мальчишке, не спуская с хозяина глаз, будто тот какой-то монстр и вот-вот кинется всех покусать.
— Стоять! Вон отсюда! — зашипел Ильин. Женщина кивнула, и быстро ретировалась, прикрыв за собой двери. По полу прошел холодок.
Опустившись на колени, Артем обнял рыдающего Толю. Его маленькое тельце содрогалось от спазмов. Похлопал тихонько по спине. Толик уткнулся лицом в грудь отца и затих. Заикал, подпрыгивая, как зайка. Ильин гладил его по голове, чувствуя, как медленно, но верно успокаивается ребенок.
— Мама скоро приедет? — тихо спросил мальчик, дернувшись в спазме.
— Скоро, обязательно скоро. Она очень по тебе скучает, — пообещал Артем, и его лицо пошло рябью от внутренней борьбы. Илону он хотел отселить, чтобы создать другую семью. Настоящую. Вот только, сын привязан к матери… Даже такой, которой на него «ровно».
«Как же все не по плану!» — хотелось взвыть.
Мужчина отстранился немного, заглянул в зеленые заплаканные недоверчивые глаза. В них плескалось сомнение, страх… и робкая надежда.
— Честно? — прошептал Толик, шмыгая мокрым носом.
— Обещаю, Толя, мама твоя скоро вернется. Она очень сильно болела, — тяжелый вздох, словно грудь придавило камнем. Хотелось скинуть. Толика отставить в сторону, но мальчик вцепился в плечи папы, радуясь редкому проявлению чувств у родителя.
— А, та девочка… Она кто? — Толик смекнул, что сейчас самое время у отца выспросить про «дочку».
— У тебя есть сестра, Толя. Я только недавно узнал о ней. Хочешь с ней познакомиться? — в мозгу у Ильина щелкнуло: «Ну, конечно же! Нашлась веская причина, чтобы подобраться к Полине и Асе. Дети друг другу — брат и сестра. Они должны знать».
— Хочу, — Толик прикинул, что именно такого ответа ждет от него папа. И обрадовался, что угадал.
Артем расцвел в доброй улыбке. Еще погладил сына по голове, будто хвалил. Поднялся, взяв сына за руку.
— Пошли извиняться перед няней и домработницей. Попьем какао и решим, как будем действовать дальше, — повел мальчика за собой.
Толик перебирал рядом ножками и постоянно задирал глаза наверх, проверяя: не передумал ли папа?
Они пили сладкий ароматный напиток, и Артем рассказывал о той, другой женщине — враче и ее Асе. Толик хлопал глазами, еще не до конца понимая, что к чему. Только, отец с ним говорил, как со взрослым, советовался.
— Смотри, вот твоя сестренка. Правда, хорошенькая? — Ильин развернул экран телефона, хвастаясь Асей. — На тебя очень похожа, — в голосе папы звучала гордость.
Толик, вытянув тонкую шею, присматривался. Девчонка — как девчонка: Руки. Ноги. Кудряшки. Рядом светловолосая женщина ее обнимает. Обе довольные, будто конфет объелись и много какао выпили.
— Сейчас мы им позвоним, и ты сам скажешь, что хочешь встретиться с Асей, — Ильин подмигнул сыну, который не очень понимал, что от него хотят.
Глава 32
В пригородном отеле все было для удобства состоятельных любовников, которым обеспечена конфиденциальность и роскошные номера с огромными мягкими кроватями. Тишина, обеспеченная звукоизоляцией. В полутемных коридорах с красной ковровой дорожкой играет ненавязчивая мелодия. Обычно сюда съезжались пары, которые хотели бы избежать огласки в своих амурных похождениях от супругов или из-за публичности персон.
Обычный покой был нарушен этой ночью.
— Дайте ей какую-то таблетку! — орал Громов на портье, который растерянно смотрел на голую девицу, схватившуюся за горло. Лицо ее покраснело и распухло. Блондинка хрипела, размахивая руками — слов не разберешь. — Не видите, у нее на что-то аллергия! Крабов обожралась или мидий, — Александр презрительно перевел взгляд с официантки, которую снял, чтобы скинуть напряжение, на столик с разными деликатесами, что пожелала откушать… Блядь такая. Сколько раз он давал себе зарок не связываться с обслугой! Лучше бы эскортницу заказал, дешевле вышло.