— Скорая будет с минуту на минуту, — «успокоил» его парень, разглядывающий трепыхающуюся обнаженную грудь с сосками цвета коралла. Пирсинг в пупке…
— Что-о-о⁈ Какая «скорая»? Я разве давал указание? — еще больше раздухарился проблемный клиент.
— Правила отеля таковы. Они висят на стене рядом с администратором, — плел портье, который не хотел отвечать, если чья-то девка окочурится.
— Ага, в случае пожара звонить — ноль один? Ты совсем дурак? — Громов схватил парня за отворот рубашки и потянул на себя. Челюсть вперед, будто сейчас кадык ем зубами вырвет.
Пока Громов распылялся, девушка уже потеряла сознание. Ее голова свесилась с края кровати, белые волосы достают до пола. Руки безвольно раскинуты. Ноги в неприличной позе — нарасшарашку, чуть согнуты в коленях.
— Отойдите с прохода, дайте работать, — прозвучал негромкий, уверенный мелодичный голос.
Саша Гром вздрогнул. Впервые за много лет у него сыграло «очко», от понимания, что все рушится. Фатальной ошибкой было снять шлюху и привезти ее сюда! Ведь знал, чувствовал, что поступает неверно… Но, его понесло после отказа Полины. Свидание назначил через два дня.
Филин его отговаривал: «Замены не получится, Гром. Не надейся… Даже если ты будешь называть ее другим именем». Назло кому сделал, спрашивается? Удовольствия толком не получил и все похерил. Окончательно и бесповоротно.
И вот, она стоит спокойная и собранная. Отстраненная, словно чужая. За ее спиной какой-то пиздюк молодой с дурацкими усиками держит медицинский чемодан. Смотрит ехидно, словно рад, что Саня сплоховал.
Руки, держащие отельного прихвостня, опали. Громов молча отошел, подчиняясь врачу. Ему хватило пары шагов, чтобы прислониться затылком к стене коридора. Не мешать. Одними глазами проводить женщину в голубом костюме.
Он видел, как Полина щупает пульс, проверяет зрачки. Просит помощника наполнить шприц лекарством. Быстрый укол в вену, и блондинка буквально через минуту начинает оживать и постанывать.
— Пи-и-ить, — ноет хриплым голосом. Офелия, вашу мать!
Полина прикрыла одним замахом одеяла голую аллергичку, чтобы мужики не таращились зазря.
— Руслан, дай ей бутылку воды, что стоит у бара, — распорядилась Поля, успевая строчить в документе заключение. — Девушка, поедите в больницу? — спросила у оклемавшейся, и глотающей из горлышка воду, не повернувшись.
— П-поеду, — смекнула та, мельком взглянув на страшное лицо любовника. Казалось, если она останется, Александр ее сам придушит. Вон, руки сжимает и разжимает в кулаки. Она — не дура, и понимает, что продолжения уже не получится. Кто ж знал, что на омары, которые блонди пробовала впервые в жизни у нее будет такая реакция?
Девушка быстро собралась, наспех одевшись. Мимо Громова мышью прошмыгнула, боясь, что зацепится, и барин попросит ее вернуть «награду» в твердо-рублевом эквиваленте.
— Полина! — окликнул ей вслед Александр ни на что особенно не надеясь. — Извини. Так вышло.
— Ничего, это моя работа, — пожала плечами Савушкина.
Взмах ресниц и пустой туманный взгляд, сквозь него… Будто, Громова больше для нее не существует.
Глава 33
Прошла неделя в тишине и забвении. Громов погрузился в работу, как ни в себя. Ездил на встречи, слетал в Эмираты. Много лиц мелькало мимо, но никто из них не Полина. Да. Александр понимал, что потерял ее из-за банальной похоти. Или просто так сильно желал ее, что под собой мог принять любую, мало-мальски похожую на нее. Разве же это измена? Мысленно Громов был со Светлячком.
«Где она сейчас и с кем?» — запрещал себе заглядывать в чужую жизнь. Но, было и другое. Он как будто стал чище от собственного падения. Дошло, наконец, что идти на поводу своих страстей — несусветная дурость. Путь в тупик.
Слоняясь ночами, в одиночестве своего огромного дома, он прокручивал в голове их последние разговоры, пытаясь найти зацепку, шанс все исправить. Но находил лишь собственные ошибки, эгоизм…
— Отпускай, — сказал Филин. — Без тебя она будет счастливей. Отпускай, и запомни, что сам виноват в том, что эта женщина не с тобой.