– Может, это глупо, – беспокойно дергая ногой, Винни почесал острый подбородок, – но меня не оставляет предчувствие, что ответ где-то рядом, сечешь? Я просто должен довериться интуиции и набраться терпения.
– Много ты знаешь о терпении. – Виктор утер рукавом выступивший на лбу пот. – Мало ли у кого какие предчувствия. У меня, например, предчувствие, что со дня на день эта швабра превратится в орудие убийства, но я же не рассуждаю об этом вслух, потому что это никому не интересно.
Чертыхнувшись, он сунул швабру под мышку и, прихватив ведро с грязной водой, направился в подсобку. Винни снял ноги со стола и отрешенным взглядом окинул свои владения. Это было небольшое сумрачное помещение с серыми стенами и высоким потолком. Слева в два ряда тянулись стеллажи со всевозможным барахлом на продажу, а справа стояли диван и консоль с пристроенным на ней виниловым проигрывателем. На полу под консолью пылилась стопка пластинок. Прямо по центру, от входной двери до прилавка, пролегла кремовая полоса света от уличного фонаря, по которой все ближе подползал к Винни вечерний холод. Поежившись, Винни плотнее запахнул на груди куртку.
Снаружи было тихо, лишь изредка доносился рев мотора или чей-то смех со стороны Грязной улицы. Винни издал тихий стон, не впервые жалея о том, что не может переехать. Его магазинчик ютился на втором этаже полупустого кирпичного дома в Сквозном переулке, который и днем-то был малолюдным, а по вечерам будто и вовсе становился невидимым. Обособленность от внешнего мира Винни совсем не радовала. Она подпитывала его кошмары, которые, насытившись, становились неотличимы от реальности. Но в то же время защищала. Пренебрегать осторожностью не стоило, поэтому вход в магазин, к которому вела ржавая пожарная лестница, за много лет так и не обзавелся вывеской или другим опознавательным знаком.
Виктор куда-то запропастился, и у Винни не осталось никого, кроме Анжелики, кому он мог бы докучать. Надев нитриловые перчатки, он вызволил ее из аквариума и с благоговейным трепетом опустил перед собой на стол. Перемещение в пространстве не привело Анжелику в чувство. Она сидела не шевелясь, и взгляд ее по-прежнему был устремлен в вечность.
– Хоть ты объясни мне, Анжелика! – воззвал к ней Винни. – Ведь наверняка что-то знаешь и молчишь!
Он собирался развить мысль, но замолчал, услышав, как хлопнула входная дверь. Скосив взгляд, Винни заметил на полу магазина тень, источником которой оказался мальчишка лет тринадцати в мешковатом комбинезоне горчичного цвета и с густой копной каштановых волос. Подойдя к стеллажам, пацан начал бесцельно стягивать с полок безделушки, притворяясь, что рассматривает их, но было очевидно: товар его интересует мало. Он пришел к Винни, просто не осмеливался подойти.
Поймав мимолетный взгляд в свою сторону, Винни гостеприимно улыбнулся, обнажая кривые зубы, выросшие так из-за очень крупных боковых резцов. Эта улыбка должна была скорее отпугивать, чем располагать к беседе, но почему-то, наоборот, примагничивала к ее обладателю всех без исключения. Винни считал, что все дело в его природном обаянии. И, конечно, в уверенности: ни разу в жизни он не усомнился в том, что неотразим.
Вняв его немому призыву, мальчишка вернул на полку глиняный свисток и подошел к прилавку.
– Ты Винни? – спросил он, опустив приветствие.
Улыбка Винни дрогнула, как телекартинка от помех.
– И тебе здравствуй. Сам представиться не хочешь?
– Я – Кайл.
О манерах Кайл, конечно же, не слышал. Тот факт, что собеседник старше лет на десять, явно не играл для него никакой роли.
– Это то место? – Пацан недоверчиво огляделся.
– А какое место ты искал?
– Мне сказали, что на первом этаже должна быть лапшичная. Но ее там нет.
– Ну-у, это как посмотреть… – начал было Винни, но вовремя осекся. Если он пустится в объяснения, почему лапшичной иногда нет, а иногда она как бы и есть, то разговор зайдет не туда и затянется надолго. – Так тебе лапшичная нужна или я? Говори, зачем пришел.
Медля с ответом, Кайл подергал лямку комбинезона, и по его сконфуженному виду Винни догадался, о чем пойдет речь. Только этого ему и не хватало – еще одного попрошайки, которому нечем расплатиться. Хотел бы он знать, кто эти люди, что вечно отправляют к нему детей и нищих.
– Слышал, ты отвечаешь на сокровенные вопросы, – Кайл наконец собрался с духом.
– От кого слышал?
– Поговаривают. Так это правда?