- Мне кажется, твоё место в нашей дружной очереди, во-о-он там!
И с этими словами он, что есть силы швырнул Дерекса прямёхонько в ряды за стойкой, благо Хельга успела пригнуться. Омаль прокатился по стойке и повалил её, раздавив при этом всё, что только возможно. Некотрое время он лежал не двигаясь, и Хельге показалось, что он лишился сознания, но когда она подползла к нему - проверить, Омаль опёрся на локти и развернулся к ней сам, на лице у него был написан неподдельный ужас:
— Вы не порезались? - прокричала ему на ухо Хельга, ибо иначе молодой человек просто не услышал её. - Голова цела?
— Кажется да… — прокричал он в ответ. — И-и-и-и, ты прости за стойку! - он заслонился руками крест накрест и зажмурился. Стакан, которым кто-то в него целился, разбился о стену рядом. - Я честное слово, не хотел… не ждал такого...
— Ничего страшного, — Хельга ласково похлопала молодого человека по спине. — Ты ведь ещё не завсягдатай и всех правил бара не знаешь.
Хельга вытащила из карманчика фартука тряпицу и протянула Омалю. Ему здорово расквасили нос, но он от шока ничего с ним не делал. Когда же он с благодарностью прижал тряпицу к носу, Хельге сразу стало гораздолегче.
— Крепко же тебе досталось… - посочувствовала она. - Очень больно?
— Пустяки. — храбрился Дерекс. — Я признался о своих чувствах и ни о чём не жалею!
— И все-таки, в другой раз ты с этим осторожнее, а то живым не уйдёшь.
Омаль снова взглянул на дерущихся: те совсем завелись, позабыли про него и самозабвенно лупили друг-друга. Неизвестно чем бы всё закончилось, и что бы осталось от бара. Но общий гомон прорвали несколько громких выстрелов. Все посетители в мгновения ока замерли и уставились на дверь, которая была открыта нараспашку.
— Неужели городовой… — прошептал в ужасе Омаль.
— Ну, что ты. — отряхивала юбку Хельга. — Это хозяйка вернулась.
Это было действительно так, на пороге "Альвы" стояла Зельда. Одной рукой она сжимала ручку большой корзины с бельём, а второй крепко держала пистолет. (Его дуло ещё дымилось). С зелёной юбки и льняной рубашки девушки капала вода. Прядки золотистых волос, ниточками лежали на плечах и блестели. Милое круглое личико с румяными щечками, которое всем так нравилось исказил гнев, а карие глаза метали молнии.
— Что здесь, твориться, чёрт возьми?! — рявкнула она, входя в помещение. — Что вы, бандиты, опять не поделили? Меня?! Так меня и делить нечего! Ничего не получите всё равно! — никто не рискнул ответить ей первым. — Давайте смелее, или мне выбивать объяснения из каждого по одиночке?
— Зельда… это он всё начал!
И все, как один указали в сторону барной стойки, где ни жив ни мёртв от страха, съёжился Омаль.
— Он, крошка, тебе в любви признаться хотел… — пролепетал кто-то.
Зельда не моргнув и глазом, отвела руку с пистолетом в сторону и выстрелила в стену. Пуля никого по счастью не задела, но пылью с потолка всех запорошило.
— А вы и рады мне бедлам устроить! Хороши любовнички! — презрительно хмыкнула она и посмотрела вокруг. — Вы распугали моих работниц! Чем девушки, что скрашивали ваш досуг заслужили это, а, скалапендрии?! Вы понятия не имеете во сколько обойдётся мне всё то, что вы тут порасшибали. Может у кого-то из вас завалялась лишняя сотня мильрейсов, и он, о чудо! Хочет мне починить стойку? Посуду новую купить?
Предложение встретили неразборчивым гулом из которого стало ясно, что желающие вроде как есть, но у них дела и вообще их дома жены ждут.
— Минутку. Омаль ведь женится хотел, вот пусть он всё и чинет! — очень кстати вспомнил бородач.
— Справедливо! — загорланили все остальные и захлопали в ладоши, чем ещё больше выразили своё единодушие. Однако Зельде было наплевать на единодушие и она снова выстрелила, на этот раз в потолок.
— Нет уж, мои хорошие… — она мило улыбнулась. — "Дарес" говорит, что вы сегодня так легко не уйдёте. "Даресу" не нравится, что девушки за вами должны будут убирать, а потом в ночи домой ещё возвращаться. А я с "Даресом" не согласится не могу, такой он хороший товарищ! - кто-то добродушно посмеялся этим словам. - Рады были ломать, будьте рады и прибрать, а иначе ноги вашей тут не будет во веки веков!