Было около трёх часов дня, поминки продолжались. Перовы сидели с самого края, рядом с выходом из кафе. Всё проходило тихо, спокойно, нормально, пока мама Вани не подошла к ним. Кира сразу же встала и хотела обнять женщину, но та набросилась на девушку. Лера и Андрей сразу же подскочили, чтобы хоть как-то защитить свою дочь. Но женщина не останавливалась. Она кричала:
– Это всё из-за тебя! Он погиб из-за тебя, глупая девчонка! Из-за тебя! Если бы не постоянные проблемы с твоим парнем, мой сын был бы жив!
Киру эти слова подавили ещё сильнее, и она опустила руки, даже не пытаясь защищаться. Тогда к женщине подбежал её муж и оттащил.
Перовы вышли из кафе. Кира металась из стороны в сторону. Её трясло, а руки постоянно тянулись к щекам, будто проверяя температуру. Но это состояние было на нервной почве. Наконец она сбавила темп и присела на скамью.
– Не бери в голову те слова, – сказала Лера, сев рядом с дочерью и приобняв её.
– Да, мама права. У неё горе, поэтому она не ведает, что творит, – подхватил Андрей.
Но Киру это не успокаивало. Её продолжало трясти. Она держала голову руками и не могла успокоиться. Внутри было тяжело, как никогда, но она не плакала. Девушке стало труднее дышать, будто ту верёвку затянули максимально. Она пыталась делать медленные и глубокие вдохи, но состояние не улучшалось. Ей казалось, будто к душе подвесили многотонную гирю.
Тут Кира до конца опустила голову, поддерживая её руками, и склонилась всем корпусом. Она смотрела в асфальт и вдруг увидела чьи-то ноги. Девушка подняла взгляд. Это был отец Вани. Он протянул ей стакан воды и принялся извиняться за поведение жены. Старшие Перовы, да и сама Кира всё понимали и не держали обид. Было только одно большое НО. Мама Вани запретила Кире приходить на могилу своего сына. Ещё один удар в её сторону. Повезло, что отец лучшего друга оказался понимающим человеком:
– Кира, ты можешь приходить к нему в любое время, но только, пожалуйста, не попадайся на глаза моей жене, – сказал он, на что девушка понимающе кивнула. – Сейчас я принесу тебе кое-что, – ушёл отец Вани и вернулся через пару минут с какой-то коробкой, протянув её девушке.
– Что это?
– Я знаю, что мой сын очень трепетно относился к вашей с ним дружбе, поэтому было бы стыдно не отдать тебе это.
– Но что внутри?
– Можно считать, что это последний подарок от Вани.
После чего мужчина обнял Киру и уже собирался уйти, как вдруг развернулся и добавил:
– Знай, я хорошо к тебе отношусь. И прошу, не держи зла на мою жену.
У девушки не было слов. Она ещё долго простояла в одном положении, смотря на коробку.
Всю дорогу домой Кира держала руки на груди. А в один момент ей стало настолько душно, что она попросила папу остановить машину:
– Пап, пожалуйста.
– Зачем? – удивлённо спросил он.
– Пожалуйста, высади меня здесь.
– Но до дома осталось километра полтора и …
– Пап, пожалуйста! – перебила она его.
Он остановил машину, и Кира вышла. Девушка махнула рукой, чтобы родители продолжали ехать. Пришлось выполнить просьбу, как бы они ни беспокоились. Кира подождала, пока машина отъедет достаточно далеко, и только потом двинулась с места. Она всё так же держала руки на груди, будто сдерживая внутреннюю боль и не давая ей вырваться. Девушка шла очень медленно. И когда до дома оставалась уже половина пути, Кире стало намного хуже. Ей стало настолько плохо, что даже руки опустились, тело вновь одолела дрожь, и она еле-еле держала равновесие. Девушка шла вдоль берёзовой рощи, придерживаясь рукой каждого дерева, чтоб не упасть. Она глубоко дышала, но силы кончались. Наконец Кира остановилась и прислонилась спиной к берёзе. Ей было душно, больно, нестерпимо. До дома оставалось совсем немного, но ей не хотелось сдаваться. Несмотря на своё ужасное состояние, она насколько смогла взяла себя в руки и двинулась дальше.
«Вот они: улица, забор, калитка…». Кира быстро вошла на участок и, потратив последние силы на подъём по лестнице, добралась до гостиной и осела прямо на пол по середине комнаты. Лера в этот момент стояла на кухне и, видя всю картину, метнулась к дочери. Та вновь приложила руки к груди и у неё началась отдышка. В один момент все эмоции, накопившиеся за целый день, выплеснулись наружу. Кира громко закричала в знак скорби и боли. Девушку окатила волна слёз. Она очень устала, и просто упала в мамины руки.