Когда совещание закончилось, Ева подождала, пока выйдут остальные сотрудники, чтобы прикрыть в кабинете дверь.
– Что случилось? – спросила она наконец.
– Не поняла?
– Я слишком хорошо тебя знаю, Кира. Поэтому понимаю, когда ты используешь свой навык «держать лицо», – показала подруга воздушные кавычки.
– Просто разбила свою любимую чашку, – ответила девушка и сняла перчатки, которыми маскировала перебинтованную руку.
– Ах! – испугалась Ева и подскочила с места. Она подошла поближе и осмотрела ладонь.
– Да всё нормально, тут неглубокий порез.
– А ты врач?
– Ева! – выдернула она руку. – Я уже не маленькая, мне надоело, что меня слишком опекают.
– Может, потому что иначе ты совсем забываешь следить за своим здоровьем?
– Так, не продолжай эту тему, иначе мы поругаемся.
– Что случилось?
– Я просто задела локтем свою любимую кружку, и она разбилась! – вспылила девушка. – Прости, – смягчилась она тут же. – Просто знай, тебе не стоит волноваться.
– В твоих глазах я вижу намного больше, чем горечь по разбитой кружке.
– Ева, я в полном порядке, просто устала и волнуюсь перед финалом.
– Точно?
– Да, – слегка улыбнулась Кира и после обняла подругу. – Спасибо, что всегда рядом, – шепнула она.
После совещания девушка хотела остаться незамеченной Владом, снова проявляя своё двойственное отношение. Ей самой было от этого плохо, но ничего поделать она не могла. Однако Кира очень радовалась тому, чем поделилась с ним в субботу, когда он довёз её до дома. Девушка подумала, что это стало первым шагом к нему. В тот момент она почувствовала на интуитивном уровне, что может ему довериться, и послушала наконец своё сердце. В понедельник Кира с ним так и не пересеклась, он уехал куда-то после совещания.
Глава 40. Вот это удар!
Вечером после работы Кира снова размышляла, стоя перед зеркалом и собирая волосы. Она хотела принять расслабляющую ванну и ждала, пока наберётся вода. Оставалось совсем чуть-чуть. И когда девушка потянулась, чтобы повернуть кран, в её голове начался непрекращающийся поток мыслей, неподдающийся управлению. Быстрыми картинками память почему-то начала показывать всю историю любви с Данилом, начиная со столкновения в школьном коридоре, заканчивая последним разговором, когда она узнала об их драке с Ваней. Мгновенно после этого пробежали некоторые воспоминания и о лучшем друге, которые сразу же сменились ситуацией с Глебом, когда Влад её защитил. Всё в голове закрутилось и смешалось. Изо всех сил она пыталась рассеять все воспоминания, но они не прекращались, как будто её заперли в кинотеатре и включили фильм, который не поддавался управлению. В течение двух минут девушка не могла сдвинуться с места, а когда картинки в голове завершились чёрным экраном, внутри неё будто что-то взорвалось. Ей стало одновременно и холодно, и жарко. Произошедшее вызвало страх и сильную тревожность, отчего из глаз потекли слёзы. Она заплакала. Это был горький и бесшумный плач. Девушка поняла, что взорвалась, как и её чувства, которые она неосознанно сдерживала.
– Я люблю его, – прошептала она. – Я его люблю…
Девушка поняла, что чувства её очень сильны. И когда она смогла ощутить их в полной мере безо всякой непонятной двойственности, решила, что стоит передумать и всё-таки возобновить приёмы у психотерапевта. Теперь Кира точно знала, что хотела быть с этим человеком, но понимала, что, прежде чем это случится, ей нужно прийти в себя.
На следующий день она перенеслась на пять лет назад. Тогда Кира боялась войти в свою комнату, а сейчас в издательство, испытывая лёгкую неловкость из-за своих чувств, как подросток. Кира не хотела показывать их, пока не будет в порядке, но понимала, что как бы ни скрывала, глаза выдадут всё. Делать было нечего. Любимая работа впервые подвергла таким испытаниям.