«Прямо всё включено!» — мысленно усмехнулась Таня.
— Понятно. Ваш харуш — это что-то вроде гостевого дома. А Буршан ходит есть в харуш? Или только дома ест?
— Когда тут жила Радана, они с Буршаном обычно ели в харуше. Она не любила ходить за едой, а потом относить посуду обратно. Чаще это делала я. Радана считала, что раз есть служанка, то нечего госпоже с корзинками ходить. Буршан недоволен был таким высокомерным поведением своей женщины. Думаю, поэтому он и отказал ей в доме. В харуш обычно ходят те мужчины, в чьём доме нет хозяйки или нет кухарки. Ну, или когда хотят со своей женщиной провести время на людях. Правда, помимо харуша у нас много других заведений, где можно покушать. И там платят все: и селяне, и князья, и гости.
— А почему Радана не готовила сама? — Таня внимательно осмотрела кухню и пришла к выводу, что тут всё предусмотрено для приготовления еды. — Или не все хозяйки умеют готовить?
— А Радана и не была хозяйкой. И готовить не любила.
— Как же она не была хозяйкой? Она ведь жила тут с князем…
— Жила. Только Буршан не звал её к Алтарю любви и верности. Без Алтаря она не хозяйка, а просто его женщина.
— К Алтарю? А Руберик говорил что-то про огонь…
— Это одно и то же. — Глаза у девушки загорелись при воспоминание этого празднества. — На большом каменном Алтаре разжигают огонь и приносят дары Богине любви и домашнего очага Солнцеликой Гизере, всевидящему Солнцеликому Артаку и Богу магии и волшбы Солнцеликому Венутару. Потом происходит Обряд соединения двух начал, во время которого мужчина и женщина дают обет любви и верности, соединяются долгим поцелуем, а их в это время глава клана обвивает гибкой митоной. Потом Яга подаёт им чашу благости, и они отпивают из неё по очереди, а затем проходят через поднятые руки гостей. Вот так. — Эрда взяла Таню за руку и подняла вверх. Получились ворота, как при игре в «Ручеёк». — Это очень красивое зрелище! Собирается весь клан, а иногда приходят гости и родственники из других кланов Голубой Дали. Потом митону снимает мужчина и складывает её в специальный короб. В этот момент гости осыпают их лепестками роз и мизоллы.
— А ты всё равно называла её госпожой?
— Да, ведь она была женщина моего господина. Так же, как и ты.
— Вот мы и вернулись к тому, с чего начали. Я попрошу Буршана, что б он разрешил тебе называть меня по имени. Не хочу я быть госпожой.
— Это почему? — раздался низкий голос.
Девушки вздрогнули и обернулись. За разговорами они не услышали, как Буршан вошёл в дом.
— Потому, что для меня такое обращение не совсем привычно. И потом, мне нравится, когда ко мне обращаются по имени. Разреши, пожалуйста, Эрде называть меня Таней. — Татьяна посмотрела на Буршана с улыбкой и сложила молитвенно на груди руки.
— Эрда, сходи, проверь баню, — проигнорировал Буршан Танину просьбу.
Как только девушка удалилась, он показал Тане небольшой берестяной короб:
— Тут одежда для тебя и обувь. Помоешься в бане и переоденешься в чистое бельё. Думаю, с размером я не ошибся. Хотя на такую фигуру, как у тебя, сарафан нашёл с трудом.
Буршан, казалось, раздевал её взглядом.
— И ещё: для слуг моложе двадцати одного года ты всегда будешь госпожой. Таков обычай моего клана, и не тебе его менять. Я понятно сказал?
— Да.
В дверях появилась Эрда:
— Баня готова, господин.
— Пойдём, я тебя отведу, — сказал Буршан и направился к дверям. Таня пошла за ним.
Они вышли во двор и по деревянному настилу пошли к бане, которая находилась у самой кромки воды. «Надеюсь, он не собирается мыться вместе со мной» — подумала Татьяна, когда Буршан распахнул перед ней дверь.
— Вот. Возьми короб. Сложишь туда свою старую одежду. Она тебе больше не пригодиться.
Таня, молча, взяла из его рук короб и скрылась за дверью. Она вошла в предбанник и осмотрелась. Под окном стоял массивный стол, а рядом с ним четыре деревянных кресла. Вдоль противоположной стены стояла лавка. Рядом — деревянный стеллаж с широкими полками. На одной из полок ровными стопками лежали льняные простыни и пушистые полотенца. Таня дотронулась до полотенец. Ткань чем-то напоминала нашу махру, только была гораздо мягче. На другой полке стояли плетёные корзиночки без ручек, в которых лежали разноцветные благоухающие куски чего-то полупрозрачного. Таня поставила короб с одеждой на лавку и взяла один из таких кусков. Понюхала. Скорее всего, это было мыло. Ещё на полке стояли небольшие глиняные кувшины. Она взяла один из них и заглянула в него. В нём плескалась ароматная жидкость. «И что это такое, интересно знать? Шампунь? А, может, жидкость на камни брызгать? — подумала Татьяна. — Жаль, что Эрда не пошла со мной. Она бы всё объяснила».