Он нашел мусорное ведро и выбросил туда её вещь.
– Вот так будет лучше. И мне не придётся сто раз тебе повторять очевидные вещи.
Николь моментально вскипела.
– Ты ненормальный! Зачем выбросил его? В чем прикажешь теперь мне ходить? – она рванулась к нему, чтобы забрать платье. Выхватив его из корзины, она не успела ничего понять, как он забрал и разорвал у нее на глазах.
– Что ты натворил? – окончательно выйдя из себя, Николь кинулась на него с кулаками.
Вот только как она не старалась посильнее влепить ему пощечину, за обидно короткое время Даниэль усмирил ее, заломив руки за спину и прижимая к себе.
– Какой же деспот, просто сумасшедший! Порвал мое платье! Ты настоящий идиот! – ругалась она, потеряв всякую возможность причинить ему боль физически.
Николь кипела и еще никогда так не выходила из себя. Ей хотелось высказать ему все в лицо. Чертов самодовольный самец. Да кто он такой? Она даже не сразу поняла, почему не может кричать дальше. Ее рот был занят поцелуем. Вернее, это Даниэль ее целовал.
Что происходит? Почему он целует ее? А разве это важно? Она мечтала об этом все время. Николь упивалась поцелуем и целовала сама как в последний раз. Чувствовала вкус губ любимого мужчины и желала его всем телом.
Но как она и ожидала, он отстранил ее. Едва стоя на ногах, девушка очередной раз приготовилась встретить его отказ.
– Ну же, говори! – крикнула она. – Говори! Я считаю, что это было ошибкой.
Он снова обнял ее, но в этот раз мягко. Посмотрел на неё так, будто она была всем его миром. Такой странный взгляд.
– Николь, я хочу тебя, и даже не сомневайся, – протянул он. – Но это все. Тебе достаточно этого? Если да, мы займемся сексом прямо сейчас. Мне мало одной женщины. Я никогда не ограничусь только тобой, понимаешь? Я никогда не буду принадлежать только тебе одной. Для тебя приемлем такой вариант?
Она застыла в его руках. Что он такое говорит? Почему это так больно слышать из его уст? Тело затряслось мелкой дрожью. Его глаза как бездонный серый океан смотрели прямо в душу и он будто молил. О чем? Она знала ответ. Он хотел спасти ее от собственных глупых, несбыточных мечтаний и разочарования. Хотел остаться друзьями и не портить отношения. Ведь она не простит измену и не станет делить его ни с кем.
Будто поняв наконец эту сложную философию его жизни, она опустила руки и, как ей показалось, умерла где-то в душе раз и навсегда. Высвободившись из его объятий, девушка отошла от него на шаг, отвернувшись. Ее нагота не делала ее уязвимой, ее пугало лишь то, как хорошо он видит ее желания, будто читает открытую книгу.
– Даниэль, я не верю тебе. И себе тоже. Даже если пообещаю… – она не смогла закончить фразу, потому что горло сдавили слезы, которые она не собиралась ему показывать ни за что на свете.
Он пошел к шкафу и достал оттуда женский костюм, который приказал секретарю купить и принести в кабинет до конца совещания. А затем вернулся к Николь и подал ей его. Тыльной стороной пальцев он провел по шелковой коже ее плеча.
– Одевайся и уходи, – бесстрастным голосом приказал он и вернулся за стол.
Он демонстрировал ей, как поступает с женщинами, которые его больше не интересуют.
Глава 11
Вечером этого же дня Николь, практически уничтоженная разговором с Даниэлем, стояла возле офиса в ожидании Бриджит и Анри. На ней был надет серый костюм, который идеально подчеркивал состояние ее души: такой же бесцветный и закрытый от всего мира. Весть день она усердно работала, не потому что было нужно. Просто так было легче не думать о случившемся. Впрочем, ничего не помогало – душа так же ныла.
Николь увидела Даниэля – он шел к своему спортивному автомобилю с откидным верхом, подогнанному прямо ко входу. Он тоже заметил ее. Но девушка отвернулась от него и посмотрела в противоположном направлении. И вместо того, чтоб уехать, он пошел к ней.
– Почему ты тут стоишь? Тебя некому отвезти домой? – спросил Даниэль. И когда она повернулась к нему, то вид у нее был грустный и растерянный. Даниэль никогда ее такой не видел. Ведь ее жизнерадостности мог позавидовать каждый. Понимая причину, он почувствовал угрызения совести.