– Мне очень жаль, – только и смогла сказать она.
– Жаль!? Объясни, что на тебя нашло? – яростно прошипел он.
Николь метнула в него уничтожающий взгляд, но обвинять ни в чем не стала. Это ее вина. Дала себе расклеиться и натворила глупостей.
– Я много выпила. А вообще я никогда не пила раньше алкоголь, особенно так много. Совершенно не знала, как он действует на меня, – Николь не сказала, что Анри фактически и довел ее до такого состояния.
Даниэль поверил бы, если бы хорошо не знал ее.
– Именно поэтому мы будем жить вместе.
– Что ты имеешь в виду?
– Анри избили приятели ублюдка, который поволок тебя в машину. Этот парень и раньше проделывал подобное. Я навел справки. Все девушки забирали заявления об изнасиловании из полиции через несколько дней. Они могут выследить тебя, запугать, чтобы и ты забрала заявление из полиции. Я этого не допущу. Теперь понимаешь? – прошипел Даниэль, едва сдерживая гнев. Николь опустила плечи, осознав масштабы случившегося. Даниэль будет жить с ней, защищать, чтобы наказать подонков, избивших Анри. Это метод обезопасить ее от себя же самой и наказать виновных. – Итак, у тебя есть возражения? Или, может, хочешь что-то добавить? Если ты против, чтобы я жил с тобой, можем позвонить твоему отцу и попросить тебе охрану. Даниэль издевался над ней, прекрасно зная, что Николь будет жить и с прокаженным, лишь бы отец не узнал ничего.
Она швырнула в сторону сумку и села на кровать. Сожаление, стыд, злость на себя поглотили ее полностью.
– Нет. Я хочу поехать к Анри.
– Успеешь еще. Он будет очень рад тебя видеть, – язвительно заметил Даниэль и вышел из комнаты.
Глава 12
С того дня жизнь Николь приняла совершенно неподвластный ей сценарий: отныне за всеми ее передвижениями следили и повсюду сопровождали. Поездка в полицейский участок подтвердила слова Даниэля. Николь была безутешна. Муки совести терзали ее теперь каждый день. Особенно после того, как она увиделась с Анри. Вид его вызвал в девушке испуг и шок. Переломанные ребра, сломанная челюсть, синяки и ссадины. Он даже не мог говорить. Николь считала, что вина за это лежала на ней, поэтому она старалась максимально помочь делу, чтобы наказать преступников. Но толку было мало: хоть она и узнала мужчину, который приставал к ней, но совершенно не помнила происходящего. Как оказалось, дело спас свидетель, которым стал именно Даниэль.
Когда он давал показания, Николь узнала подробности происшествия. Даниэль позвонил Анри почти сразу же, как они уехали. Затем он почему-то сам приехал в клуб и искал их там, будто знал, что может случиться. И подоспел вовремя, чтобы спасти Николь, но все же опоздал помочь Анри. Хотя, как оказалось, в одиночку дал отпор двум нападающим, которые в итоге сбежали. А насильника лично выволок из машины и удерживал до приезда полиции.
Отныне Даниэль имел полное право управлять ее жизнью и она приняла это наказание как должное. В первые дни они почти не разговаривали. Он злился на нее и откровенно игнорировал. Николь понимала его. Жить с ним стало еще одним серьезным испытанием.
Каждый день теперь она ездила с ним на работу и обратно. В течение дня он звонил и интересовался, где она и с кем, даже если рядом стоял приставленный им же охранник. Все это он делал с целью обеспечения ее безопасности. Николь в этом не сомневалась и всегда честно отвечала. Это самое малое, что она могла сделать в знак благодарности за свое спасение.
Завтракали и ужинали они всегда вместе. Николь только обедала одна. Это было ее личное время. С кастингами пока пришлось повременить. Ей постоянно звонил агент и предлагал работу, но она отказывалась. А как по-другому? Даниэль разозлится, если узнает, что она проворачивает у него за спиной. Да и как это сделать, если они все время вместе.
Николь горько усмехнулась. Раньше она мечтала жить с ним и проводить все свободное время. Теперь же мучилась. Она видела его каждый день и неизбежно привыкала к его постоянному присутствию, формальным звонкам. И это пугало ее. Как она не старалась, а сердце каждый раз учащенно стучало, когда он молча смотрел на нее. И в этом взгляде было трудно рассмотреть его эмоции, но она хотела думать, что Даниэль мечтает о ней, хотя и попрощалась со своей безумной и наивной мечтой влюбить его в себя. Николь теперь подавляла свой порыв открыться ему или говорить откровенно. Нет, он не друг ей совсем, и не любимый, и не влюбленный. Николь сама не знала, что между ними происходит. Просто ждала момента, когда ему надоест играть в ее спасителя. Тогда она наконец-то соберет вещи и вернется к жизни, которую спланировала для себя сама.