– В тот день он сказал мне: «Твоё лицо создано, чтобы его фотографировали. Если изменишь своему предназначению, ты предашь саму себя». И я поверила ему. Следующих два года были самыми счастливыми в моей жизни, потому что я занималась тем, что мне действительно нравится.
Николь сделала небольшую паузу и подытожила.
– Вы правы, мадам Ален, модельное дело – не профессия, это мечта! Я в любом возрасте успею надеть серый пиджак и воспользоваться своим дипломом. Буду ли счастлива от этого? Вряд ли. Зато сейчас у меня есть прекрасная возможность показать себя этому миру и возможно, даже запомниться.
– Какая чепуха! – внезапно возразила Лулу, разозлившись. – Тратить свою жизнь на фотографии и хождение по подиуму.
Она нервно комкала салфетку и смотрела то на Даниэля, то на Элен, ожидая их поддержки. Но они молчали и осуждающе смотрели на Лулу.
– Позвольте узнать, чем занимаетесь вы и где учитесь? Мы ведь ровесницы. Откуда такая категоричность? – спросила Николь, встретившись взглядом с черным пламенем возмущения в глазах Лулу.
Но она молчала и даже отвела взгляд, словно ответить ей было нечего. Николь нахмурилась и посмотрела на Даниэля. Он, похоже, тоже разозлился на Лулу. Меж тем дочь мадам Ален проигнорировала гневный взгляд матери и сообщила:
– Какая разница, учусь или не учусь, – возмутилась Лулу. – Просто это тупо – мечтать быть вешалкой для дорогой одежды.
Николь посмотрела на выпученные глаза девушки и предложила, что такой ответ могла дать не глупая девушка, а полная дура. Причем самое печальное в том, что Лулу об этом даже не подозревала.
– Лулу! – строго окрикнула ее мать и сурово посмотрела на дочь.
Даниэль переглянулся с Николь. Она ничего не говорила, но он обратил внимание, что свои столовые приборы на тарелке Николь старательно укладывает параллельно друг другу, ручками направо, что сигнализировало о том, что она насытилась и трапеза закончена.
Взглядом она дала понять Даниэлю о своем нежелании более оставаться за столом в компании женщин.
– Ужин закончен, прошу нас с Николь извинить, – сказал Даниэль и встал из-за стола. Под его тяжелым взглядом ликующая мина Лулу сникла.
Николь с благодарностью посмотрела на него. К чему разыгрывать спектакль? Было видно, обе женщины невзлюбили ее и категорично настроены. И этому милыми беседами за ужином не поможешь.
Она последовала примеру Даниэля и легко поднялась со стула. Затем обратилась к Элен.
– Ужин удался на славу, мне никогда не доводилось пробовать ничего подобного, – сказала Николь и было непонятно, говорит она о еде или намекает на недостойное поведение хозяйки дома.
Мадам Ален выдавила вежливую улыбку и отвела взгляд.
Даниэль взял Николь за руку и они вышли из столовой.
– Хочешь прогуляться? – предложил он, заметив, что его девушка печальна.
– Да, это отличная идея.
Даниэль взял ее ладонь в свою руку и нежно поцеловал.
– Тогда жди меня здесь, я схожу за верхней одеждой для нас.
Николь послушно кивнула и осталась стоять на месте. Наплевать на сложности, она почувствовала в себе силы и желание бороться за свое счастье. Не прошло и нескольких часов, как она вошла в этот дом. Рано расстраиваться и опускать руки.
Понятно, что такой мужчина как Даниэль – мечта для многих женщин. И если обращать внимание на зависть каждой второй девушки, выразившей свои претензии, можно сразу забыть о нем. Пусть бесится Лулу, сколько хочет, а Даниэль выбрал ее, Николь.
– Зачем он притащил эту костистую дылду к себе домой? Что это значит, мама? – услышала крик Николь.
Николь злобно посмотрела в сторону открытых дверей. Оттуда доносились женские голоса. Да что же они не уймутся никак?
– Замолчи сейчас же, – приказала Элен. – Это его дом и его правила.
– Я понимаю, пусть бы обманывал эту породистую дурру. Его право. Но зачем нас в это втягивать?
Николь понимала, что подслушивать нехорошо, но речь шла о ней самой, да еще в таком негативном контексте.
– Не твоего ума дело. И перестань нападать на девушку, ей посочувствовать можно.
Николь прыснула от смеха. Что за чепуху несут эти женщины? Просто сумасшедшие, злобные гадюки, возмутилась Николь.