«Я так виновата перед тобой, Даниэль. Должна была рассказать тебе о сыне, но считала, в этом нет особой необходимости, ведь ты вряд ли этому обрадуешься».
Даниэль поморщился. А когда заговорил, то в голосе его звучало неподдельное сожаление.
– В таком мнении о себе я сам виноват, ведь дал ей повод считать себя ненадежным, ветреным, безответственным мужчиной.
Он замолчал, посмотрел на Николь с такой болью в глазах и отчаянной мольбой, что она вся сжалась.
– А сейчас я скажу то, за что ты, вероятней всего, возненавидишь меня, но моё решение взвешенное и окончательное. Я сделал предложение Мэрион выйти за меня замуж.
Николь смотрела на него, не моргая. И казалось, даже перестала дышать.
– Она приняла твое предложение? – почти шепотом спросила Николь.
– Нет. Она уже дважды отказала мне. Просто понимает, что я хочу жениться на ней из-за сына. Мэрион знает, что я рос без родителей и никогда не позволю, чтобы моего сына постигла та же участь. Я готов стать самым верным, преданным мужем на свете, только бы Дамиан чувствовал себя счастливым, любимым ребенком и рос в полной семье.
– А Мэрион разве не хочет того же, что и ты? Разве интересы сына для нее не превыше всего?
– На выходных я ездил к сыну. Рассказал Мэрион о тебе. Она сказала, чтобы я вернулся к тебе и определился, чего хочу на самом деле. Она не выйдет за меня, пока не будет уверена, что у меня нет к тебе чувств и этому браку ничего не помешает стать полноценным.
Даниэль тяжело вздохнул и крепко зажмурился. А когда открыл глаза, они блестели отчаянной решимостью.
– Вот только есть одна проблема, я люблю тебя, Николь! Люблю так сильно, что страх потерять тебя разрывает меня изнутри.
Он схватился за голову, словно изнывая от нестерпимой боли, плотно сжал губы. Он не хотел выдать, как трудно ему говорить все это.
Несмотря на то, что Даниэль высказался, ему не стало легче, наоборот, он с замиранием сердца ждал реакции Николь. Ее молчание, как острое лезвие гильотины, нависало над его головой.
Чего он ждал от нее, и сам не знал. Она имела полное право кричать на него, ненавидеть, высказать все в глаза и уйти. Даниэль не стал бы ее останавливать. Он считал, что именно по его вине они оказались в этом тупике.
Николь смирно сидела напротив, скрестив руки на груди, будто закрываясь этим жестом от него и целого мира. Она казалась бледной и уставшей. Ее красивое лицо было печальным и задумчивым, а голубые глаза словно утратили привычный жизнерадостный блеск.
Даниэль ненавидел себя за то, что разочаровал ее и причинил боль, поступив так эгоистично. Ему не следовало заходить так далеко в отношениях с Николь, но он не удержался. И даже когда она ушла, то снова постарался вернуть ее. Пошел на все, чтобы удержать рядом. Он и сейчас этого хотел. Но это было невозможно. В их истории поставлена большая и жирная точка.
Николь медленно поднялась со своего места и Даниэль подумал, что вот сейчас все начнется. Он не знал, чего от нее ожидать.
Но она подошла к Даниэлю мягкой поступью, обняла его голову и прижала к своей груди. Нежно погладила его волосы, как заботливая мать своего провинившегося ребенка, которого следует поругать и наказать, но рука не поднимается. Ему показалось, что так она успокаивает не его, а себя.
– Нам придется разлюбить друг друга любой ценой.
Глава 32
Такси привезло Николь по указанному адресу.
– Приехали! – деловито протянул таксист и улыбнулся девушке в надежде понравиться ей.
Она достала из кармана куртки помятую записку и сверилась с адресом на доме. Все правильно.