- Может, она поймёт тебя, Рус. Это же будет фиктивный брак!
«Хрена с два она меня поймёт», - думаю я, жмурясь до белых кругов перед глазами. В виске уже стучит звонкий молоточек острой боли, и я понимаю, что голова начинает плохо варить от всех событий, валящихся на меня, как из мешка с подарками.
- Подумай обо всём, - воодушевленно советует Гутов. – Главное одно – тебе нужна подходящая жена! Хрен со всеми этими там ценностями любовно-семейными, нам главное найти воспитанную милашку с безупречной репутацией из хорошей семьи. Такую, которая согласится нам подыграть и не за какие коврижки не спалит всю контору, иначе нам тогда точно каюк!
Гутов ещё что-то там бормочет, но я прерываю его треп, и мы договариваемся созвониться позже. Убираю телефон в карман пиджака и поворачиваюсь к Шолоховой и Воронцовой, тут же устремляющих на меня взгляды.
Боже, я про них уже забыл… Боль в виске становится ещё отчетливее, и я иду к креслу, пытаюсь собраться с мыслями. Ладно, сейчас выслушаю их, попробую помочь, а дальше займусь проблемой номер один.
Пока что я ещё не знаю, что решение этой проблемы совсем близко от меня. Но уже совсем скоро пойму…
Глава 10
Усаживаюсь в кресло, вернее, сажусь на самый его краешек. Вытягиваюсь по струнке, потому что от напряжения толком и согнуться не могу. Холодными пальцами сжимаю манжеты джемпера, купленного во время побега от Юлика, и всё смотрю вперёд.
Учительница напротив, как заведенная, ерзает в соседнем кресле, нервно теребя руками ремешок своей сумочки.
Рус – танк. Спокойный, мощный, суровый... А ещё холодный и высокомерный. Чувствуется его напряжение после недолгого телефонного разговора, но большего он не показывает.
- Продолжаем, - просто говорит он, и я делаю попытку приоткрыть рот, чтобы хоть как-то объяснить происходящее.
Мысли в голове словно каша, да и сосредоточить внимание по-прежнему никак не получается.
В любом случае, успеваю только хмуро уставиться на ровную стопку бумаг на столе Гарда, когда Учительница начинает рассказывать всё сама.
- Руслан... У Даши проблемы. Ей сейчас некуда пойти... Верно, Даш?
Брови Гарда взлетают на лоб, и мы с ним как по команде врезаемся взглядами в бледное, но уверенное лицо Анны Павловны.
Ещё секунда, и взгляды ответкой сверлят уже меня. Тушуюсь больше прежнего.
- Так получилось, что я влипла в историю... - хрипло говорю и снова опускаю взгляд. Посмотрю на Гарда и полечу в пропасть, так что лучше так. - Мне не у кого просить помощи. Учительница... То есть Анна Павловна уверена, что ты мне поможешь, Руслан, поэтому она и привезла меня сюда... Я бы не стала тебя беспокоить, если бы ситуация не была по-настоящему кошмарной…
Поднимаю взгляд на Гарда и - да, проваливаюсь в пропасть. Скулы теплеют, дыхание перехватывает...
Рус сверлит меня тёмными глазами, пронзительными до невозможности, манящими…
Темные вихры волос, смуглое лицо, такое красивое, как у этих всех принцев из сказок... Ему бы в кино где-то сниматься, не знаю... Он дико привлекательный. Мой взгляд уже скользит по его сильной шее к распахнутому вороту рубашки. Тонкая ткань туго обтягивает сильные плечи, и крепкий красивый торс заметен даже сквозь неё...
Как должно быть приятно растворяться в его сильных объятиях, ощущать, как опаляет кожу этот его невообразимый шёпот с хрипотцой....
Господи, о чём я думаю?!
Опускаю пылающее лицо и с силой прикусываю губу.
- А Эдуард Васильевич в курсе происходящего? – спрашивает Рус, и я при упоминании дедушки сразу вздрагиваю.
Глаза тут же заполняются слезами, руки начинают дрожать.
- Он умер, Руслан... - почти шепчет Учительница, бросая на меня взгляд, полный сочувствия. - Не так давно.
Гард даёт волю удивлению, переводит на меня взгляд, и я чувствую, что он ждёт от меня какого-то слова.
- Его убили.
Мои ладони сжимаются в кулаки. Сама слышу, как злость звенит в моём голосе. Ещё бы, ведь ненависть так и плавит моё нутро.
На некоторое время повисает молчание.
- Мои соболезнования.
В голосе Гарда слышится что-то на подобии тоски.
Коротко киваю, но ничего не говорю.
Взгляд Руса становится задумчивым, он опускает взгляд и вдруг хмурится, всматриваясь в мои руки.
Машинально смотрю туда же, куда и он. Холодок рассыпается по моим плечам - помолвочное кольцо Юлиана всё ещё на моём безымянном пальце!
Брюлик размером с горошину, аляпистые витиеватости на золоте...
Рус с подозрением прищуривается.