- Хорошенькая. Тебе какое дело до неё?
Гутов хмыкает в трубку, чем бесит меня ещё больше.
- Уже ревнуешь? – ехидно.
- Да иди ты, Гутов, - грубо цежу, ставя на место. - У меня мало времени.
- Прости, прости. Всё, поехали.
Спустя четверть часа мне наконец-то удаётся обговорить с Сеней все детали нашего плана. Теперь направляюсь к комнате Даши, думая о том, как завтра буду объясняться с Кобецкой. Надо же, провожая её в ресторан, рассчитывал завтра на жаркую ночку, а теперь...
М-да. Спасибо Орловскому с его традиционными ценностями, влияющими на продвижение моей компании.
Подхожу к двери и хмурюсь. Яркой вспышкой вспоминается выпускной. Опустившая лицо Воронцова, пунцовая, с блестящими глазами и дрожащими губами… Мой яд злорадства и ощущение собственной значимости. Я прямо чувствовал вкус триумфа, ведь идеальная недотрога, которая смотрела на весь мир со снисхождением, втрескалась в меня и получила полный отворот-поворот. Знала ведь, что половина всех девок из школы сохнет по мне, и думала, что ей я не откажу. Ха-ха. Размечталась, мелкая.
Провал Воронцовой был дополнен предательством её подруги, с помощью которой Дашку разыграли дуры из класса.
Шах и мат, Зомби.
Смотреть на всех как на г*вно ты никогда не стеснялась, так что бумеранг заслужен, а?
Впрочем, это было давно, а сейчас… Сейчас у нас с Дашей есть общее дело. Поможем друг другу, и на этом завершим любые наши дела. Надеюсь, навсегда.
Даша
Мы с Катей выходим из комнаты. Иду за ней по коридору, но даже не пытаюсь запомнить дорогу – слишком устала, слишком переполнена эмоциями, главная из которых настоящее, лёгкое счастье.
Мой шанс на спасение теперь осязаем, он у меня есть. Гард, конечно, бывал тем ещё козлом, но… Но.
Комната, в которую меня приводит горничная светлая и просторная. Здесь есть всё необходимое – большая кровать, вместительный шкаф, стол, даже свой санузел…
Ковер с мягким ворсом приятно щекочет ноги, а из окна открывается красивый вид на сад.
Некоторое время, стою у подоконника, пребывая в своих мыслях.
Стук в дверь заставляет вздрогнуть. Оборачиваюсь, упираясь взглядом в белую дверь.
- Да, - тихо роняю, и тут же застываю в напряжении, когда в комнату заходит Рус.
- Хотел обсудить условия, - сухо бросает он, кидая в меня хмурый взгляд, после быстро оглядывается. - Как комната?
- Спасибо. Все прекрасно. Мне бы и меньшего хватило.
Рус поджимает губы. То ли с презрением, то ли с раздражением. Да уж, я ему явно не нравлюсь. Удивительно, что он мне вообще предложил такую сделку, да и помощь вообще...
Сцепляю руки перед собой и облокачиваюсь на подоконник. Ноги едва держат...
- Ну что? - Гард кидает на меня вопросительный взгляд, и я киваю. - Договор заключим на год. За это время моя компания успеет укрепиться на нужной мне арене, а после того, как уверенно займет свою нишу, ничье мнение и влияние уже не будут играть для меня роли, тогда мы с тобой сможем оформить развод.
Последняя фраза со словом "Развод" больно режет слух. Я даже вздрагиваю, но быстро беру себя в руки.
- И что нам нужно делать в течение этого года?
- Нам? - Гард жёстко усмехается, и я внутренне съеживаюсь, от того, как презрительно звучит его смешок. - Нам – ничего. Тебе играть роль моей невесты, потом жены. На людях. Ничего особенного: улыбаться, вежливо разговаривать на нейтральные темы и ловко уходить от каверзных вопросов. Озвучивать заученные легенды о начале наших отношений и типа нашей счастливой любви.
Мне всё это не нравится, хочется даже огрызнуться, особенно учитывая отвратительный тон Гарда, но я мысленно щипаю себя за запястье, напоминая, что там за "стенами замка" меня ждёт убийца и отморозок Юлиан.
- Всё внеурочное время проводи, как тебе вздумается, но на моей территории и под моим контролем. Если будут планироваться какие-то мероприятия или выезды, буду предупреждать тебя заранее. Первое. Второе – через три дня в моем втором загородном доме пройдёт ужин с моими родителями. Инструкции, как себя вести и что делать я тебе оставлю завтра. И да, роспись через неделю.
Рус замолкает, а я смотрю на мягкий ворс ковра у меня под ногами и тщетно пытаюсь переварить полученную информацию. Даже ватное одеяло из слабости не помогает отмахнуться от колючих иголок ужаса.
Знакомство с родителями Гарда! Роспись! Игра на публике в брак...
Господи, во что я вообще ввязалась?!
- Завтра я оставлю тебе подробный план того, как организую твой отъезд и компенсацию на начало новой жизни после того, как будет оформлен наш развод.
С силой закусываю губу. Скулы горят, и сердце так больно бьется в груди. Почему-то хочется плакать... Что с моей жизнью не так?!
Почему я всегда попадаю в такие ужасные истории?!
- Зомби, приём.
Вскидываю взгляд, взрываясь от резкого всполоха ярости.
- Не прекратишь называть меня этой отстойной кличкой, придуманной придурочным Тополевским, я именно ей и представлюсь твоим родителям! И под ней же распишусь с тобой, Гард!
Меня аж трясёт. Сжимаю кулаки и шумно вдыхаю.
Гард удивленно присвистывает, а затем…улыбается! Вот ведь хамло!
- Ого, Снежная королева взбесилась! Что, хвалёное самообладание внезапно треснуло?
- Сейчас оно треснет тебе в табло, Гард! - рявкаю, не узнавая саму себя.
- Воу-воу, полегче, детка! Мне уже становится страшно...
Замечаю усмешку Гарда и быстро моргаю. Ужасаясь своему поведению, снова сцепляю руки, но на всякий случай уже за спиной.
После отвожу взгляд и добавляю:
- Заметь, Гард, ты сейчас сам меня довёл...
- Сосредоточься, Воронцова. - Руслан снова становится серьёзным. - Есть вопросы?
Качаю головой, но почти сразу спрашиваю:
- Учительница уехала?
- Да. - Гард чуть склоняет голову и вонзается в меня хмурым прищуром. - Просила держать её в курсе.
Киваю.
- Завтра утром жду тебя внизу. Обсудим дальнейшие этапы нашего плана более подробно и будем готовиться к ужину с моими родителями. - Снова киваю, тогда Гард коротким кивком указывает на стационарный телефон на прикроватной тумбе. - Если что-то понадобится, набери Кате.
Гард чуть опускает лицо, и чёлка падает ему на лоб, создавая ощущение лёгкой небрежности. Это только красит его, делая как-то реалистичнее что ли… Он ведь такой шикарный, и поэтому кажется, будто он с другой планеты.
Господи, какая же я дурная... Плакать хочется от этой своей дурости.
Руслан разворачивается и выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.
Пронзительное чувство облегчения поднимается в груди огненным шаром, грозя разорваться чем-то одуряющим.
Главное, что я спасена!
Юлиан Махаонов не доберётся до меня.
Гард не позволит, только не он... И не теперь.
Мне хочется кричать от счастья, что именно он стал моим спасителем, но я знаю, что мне будет очень тяжело, ведь моё сердце так и не остыло к нему...
Но я справлюсь, обязательно справлюсь.
Закрываю лицо руками и всхлипываю, впервые за эти страшные дни, даю волю всем тем слезам, которые сдерживала.
Я ещё не знаю, что завтра утром к Руслану заявится неожиданная гостья... С неё и начнутся мои испытания.