- Ну, что, Воронцова, готова командовать?
Рус подходит ко мне и окидывает зал задумчивым взглядом. Перевожу взгляд на Гарда, и даже едва ежусь от того, как трепещу рядом с ним.
Он в обычной серой водолазке и джинсах, с взъерошенными черными волосами. Такой обычный, домашний даже. И при этом всё равно невероятно притягательный…
Скольжу взглядом по мощным плечам, крепкому торсу, к которому хочется прижаться... А ещё сильным рукам, в объятиях которых хочется утопать....
Сердце начинает биться быстрее, но я одергиваю себя.
Это всё было бы прекрасно, если бы Гард не был бы высокомерным циником. А так – себе дороже…
- Да. Думаю, что справлюсь. Накроем стол, сервируем... - отвечаю, стараясь переключиться на другую тему. - Катя сказала, что принесёт список продуктов и варианты по блюдам. Мне кажется, лучше все сделать максимально по классике...
- Согласен.
Рус коротко кивает, но не успевает сказать что-то ещё, так как кто-то звонит ему на мобильный. Выхватив телефон из кармана, он хмуро смотрит на экран.
- Если тебе будет нужна моя помощь, набери. Но вообще – я в тебя верю, Воронцова.
Он уходит, а с радостным энтузиазмом приступаю к работе. Хоть что-то приятное за последние несколько дней. Организация ужина поможет мне отвлечься лишних переживаний, так что вперёд.
Время пролетело незаметно. Так как я всегда помогала дедушке с оформлением и организацией ужинов и мероприятий, справиться с подготовкой ужина в доме Гарда для меня не составило труда.
Вместе с Катей и другими людьми из обслуживающего персонала мы всё оформили, а затем подготовили сервировку стола. Меню было нами полностью составлено, а всё необходимое для гостей подготовлено. Зал теперь выглядел совсем не пусто и холодно, а очень тепло и гостеприимно.
Руслан, который периодически появлялся с вопросом, не нужна ли какая-то помощь, был прямо таки доволен.
- С меня бутылка бурбона, Воронцова. Спасибо за помощь.
- Ну... Мы сейчас в одной лодке, так что... Да, будешь должен бурбон, Гард.
Мы улыбаемся друг другу. Впервые. Оба искренне улыбаемся друг другу.
Наверное, где-то кто-то на горе свистнул!
Оставшийся день я гуляю по участку, читаю новости, выискивая подробности про Махаоновых и музей дедушки, а вечером, когда ложусь спать, даже не догадываюсь, что эта ночь снова растопчет первые ростки каких-то более или менее нормальных отношений между мной с Русом.
Стою у окна в своей комнате. Перед сном меня внезапно охватывает тоска, следом появляется плохое предчувствие. Страшновато смотреть на темный участок... Мягкий свет фонарей не спасает, когда знаешь, что за каменным забором дикий ночной лес…
Голова начинает болеть от усталости и волнения перед завтрашним днём, поэтому я тороплюсь привести себя в порядок и лечь спать. Забираюсь в кровать, накрываюсь тяжелым одеялом почти с головой и мгновенно проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь ночью…
Мне кажется, слышу чей-то голос, даже смех. Растерянно моргаю, отрывая голову от подушки. От кольнувшего под дых чувства страха, сон как рукой снимает.
Встаю с кровати, иду к окну… И вижу рядом с машиной Гарда припаркованное авто его девушки.
Точно! Её машина. Я запомнила…
Внутри всё дрожит от едкого чувства досады. Даже от себя не скрыть то, как я расстроена. Меня прямо таки рвёт на части…
С одной стороны, может, это и хорошо, что я не стала причиной их с Русом раздора, но с другой…
Дурацкая влюбленность в Гарда делает меня злобной гадиной!
Если он счастлив с этой его Кристиной, я должна быть за него только рада!
Только вот Кобецкая никак не вызывает у меня симпатии. По-моему, она злобная ведьма… К тому же, неадекватная.
Ладно. Стоп. Надо успокоиться. Например, выпить травяного чая, почитать, а потом попытаться заснуть. Завтра важный день. Интересно, эта Кристина уедет утром? Хотелось бы надеяться на это…
Беру свою чашку и выхожу из комнаты. На цыпочках иду вперёд, прохожу мимо комнаты Гарда и… отчетливо слышу из-за двери хихиканья и шепот этой крысы Кобецкой.
Кровь мгновенно приливает к скулам. Вспоминаю утренний эпизод, когда Рус, должно быть, впервые в жизни мне улыбнулся… И сразу против своей воли начинаю полыхать от ярости. И ревности.
В уголках глаз тут же собираются слёзы обиды то ли на Гарда, то ли на себя…
Руки начинают дрожать, и я сама не замечаю, как чашка выскальзывает из моих пальцев. Наблюдаю, как она словно в замедленном действии летит на паркет и вдребезги разбивается на мелкие осколки…