- Мари, что ты здесь делаешь? – спросил Вал как можно спокойнее, медленно приближаясь к ней.
- Вал?! Ты пришел, пришел… торопиться… нужно успеть, - слова произносимые девушкой, казалось, не поспевали за мыслями, но она хотя бы вышла из ступора. В глазах появился лихорадочный блеск, и она попыталась встать ему на встречу, однако ноги подвели, и девушка, словно сломанная кукла снова повалилась на пол.
Вал ни черта не понимал, что творится в этом сумасшедшем доме, и какого беса ангелочку понадобилось выходить из своей комнаты, ведь знала же, что за ее пределами становится бессильной, как новорожденный котенок. В последнее время она вела себя довольно тихо, и он уже думал, что девушка смирилась со своим заточением. Видимо, он ошибался.
Валентин встал в проходе своей спальни и собирался уже взять Мариэль на руки, чтобы отнести в комнату, когда взгляд выхватил красный узор на полу. Мозг отказывался верить увиденному. Красные гладкие шарики разных размеров усыпали пол, от совсем мизерных, как кусочки пенопласта, до крупных с перепелиное яйцо. Они складывались в ровные лучи, исходящие из светлого не заваленного пятна, в центре которого валялся ошейник.
Это не могло быть тем, что ему показалось? Ведь, так? В противном случае, где кровь, где кости? Да и кому под силу уничтожить бессмертное существо, которое даже поймать-то удалось с трудом, а как убить - вообще было за гранью понимания? В воздухе витал легкий аромат магии, демонической! Закира была в полной силе, находясь в комнате и все же, все же…
Бутылка выскользнула из рук и, прокатившись по ступеням, с грохотом разбилась внизу, вырывая Валентина из потока противоречивых мыслей. Он осторожно прикоснулся к близлежащему кусочку, чувствуя, как холодная мякоть проминается, обволакивая его палец. Несколько капелек крови под нажимом брызнуло в стороны, пробивая себе выход наружу. Чародей снова смачно выругался.
Отголосок горечи не его, чужой, осел на языке, отравляя слюну, медленно скатывающуюся по вдруг пересохшему горлу. Он не сразу осознал, что чья-то рука настойчиво теребит его за штанину, пытаясь привлечь внимание.
- Вал, Вал, ну же, у нас мало времени. Она скоро вернется. Ты должен быть готов к встрече с ней, - слабый надломленный голос настойчиво терзал его сознание, вызывая новый поток вопросов и домыслов.
- Кто ОНА?
- Твое создание.
- Эфира?! Но как… - он оборвал себя на полуслове. Понимая, что не в состоянии рассуждать здраво рядом с этим, Валентин подхватил девушку и понес ее в другую комнату. Легкие, как пух, крылья Мариэль успокаивающе ласкали руки, а светло-карие глаза с какой-то отчаянной решительностью искали на его лице ответы, которых у него не было.
Вал умел быть намеренно жестоким для достижения своих целей, но даже у него это бессмысленное планомерное убийство вызывало отрицание. Оно никак не вязалось с образом его Тьмы. Эфира была неугомонной, неимоверно любопытной, хищной, импульсивной, но никак не холодной расчетливой садисткой. Ее задорный полный жизни смех до сих пор преследовал его, она просто не могла сделать такого, вернее так. Хотя, что он знал о ней? Нежность к нему в ее звонком как колокольчики голосе, услышанная в мысленном кинотеатре? Чушь!
Надрывный всхлип в голове, и тонкий еле различимый жалобный голосок: - Вал, Вал! – Отозвался мукой в душе Валентина, вызывая во всем теле озноб. Он встряхнулся, как собака, пытаясь прочистить мозги, хотя в этом не было необходимости. Слуховые галлюцинации, неожиданно вспыхнув, рассеялись, словно и не было их вовсе. Вот только чувство щемящей тоски не отпускало, продолжая мучить его.
Его взгляд опустился на Мариэль, которая, оказавшись в своей комнате, быстро приходила в себя и сверлила его своим пристальным заинтересованным взглядом. Похоже, не у него одного съехала крыша. Такой переход от истерики к въедливому изучению сильно дезориентировал. Но, как бы там ни было, ему нужно было освободить девушку от ошейника. После наглядной демонстрации силы Эфиры, у него были вполне обоснованные опасения в исходе их противостояния. Ведь в случае его провала, кому-то нужно будет сообщить Виру подробности.
Валентин дотронулся до скрытого замочка, собираясь произнести ключевое слово, как вдруг до этого спокойно сидящий ангелочек начала отбиваться от него как разъяренная кошка.
- Совсем сдурела? – выкрикнул он, когда ее острые коготки в запале случайно прочертили алые борозды на его лице. Вал хлестанул ее по щеке, пытаясь привести в чувство. – Успокойся, бешенная, я же освободить тебя хочу!
- Не нужно, - спокойно произнесла девушка, однако продолжая отбивать его руки, тянущиеся к ее горлу, - оставь его и сядь, наконец. Нам нужно поговорить.
- Нет времени на разговоры, мне еще нужно найти место для поведения ритуала, а я не уверен, что во время моего отсутствия сюда не заявится Эфира. Сама же сказала, что нужно торопиться. Вот и текай к своим, пока цела. Меня не прельщает убирать две кучки вместо одной, – выпалил порядком взбешенный Валентин, а потом уже спокойней добавил. - Только Мари, если со мной что-нибудь случится, пообещай, что расскажешь все Виру.
Девушка продолжал упорствовать, словно не слышала всего, что он только что сказал, а потому мужчине ничего не оставалось, как смириться и подчиниться ее идитской просьбе, мысленно посылая всех жертвенных агнцев подальше.
- Чистенькое местечко есть в 20 км к Востоку отсюда, – неожиданно начала она, - это поле с заброшенными хозяйственными постройками, скрытое от дороги лесной посадкой, оно вполне подойдет для вашего ритуала. Как там не нагадили, остается для меня загадкой, но не это главное. Виру потребуется твоя помощь, так что даже не думай о том, чтобы сдать позиции. У нас нет права на ошибку.
Несмотря на вполне четкую рассудительную речь и сосредоточенность девушки, это у «НАС» сильно беспокоило Вала вкупе с неразберихой, творившейся в душе, объединение чародеев со святошами, казалось ему верхом абсурда, заставляя сомневаться в здравости ума Мариэль. Однако девушка либо не замечала его скептически выгнутой брови и ухмылки, либо просто игнорировала.
- До сегодняшнего дня, я бы, наверное, согласилась, что привлечь Вира самое разумное решение и лучшее после твоей бесславной кончины, но смерть Закиры все изменила. Слишком многое поставлено на карту, чтобы терять таких сильных союзников, – тут она хмыкнула и помотала головой, словно что-то показалось ей забавным в этой фразе. - Кто бы мог подумать, что Творец способен на подобное безрассудство. Связать тень проклятой с живой душой! Ты уникум или, вернее, вы. Не знаю, что вы вчера творили с Закирой, но сегодня я четко чувствую вторую душу в тебе. Вам выпал шанс на миллиард, и если твоя клятва, данная Закире, в силе, я подскажу, как использовать его, хотя поверь, предпочла, чтобы сдох ты, а не я.
Он отмахнулся от ее слов по поводу своей смерти, сосредоточившись на второй душе в нем.
- Я что, одержим? – Этот вопрос с момента пробуждения очень волновал его.
- Нет, Вал, ты не одержим. Одержимость - это когда инородная душа завладевает чужим телом. У вас же… - она снова хмыкнула, - симбиоз что ли. Тени проклятых были когда-то душами сверхъестественных существ, которым за какие-то прегрешения было отказано в последнем прибежище и последующих воплощениях. Они питаются эмоциями в снах людей, охотятся на души, находящиеся в поиске сосудов для своего нового воплощения. Так вот, твоя Эфира одна из них. Никогда бы не подумала, что хотя бы вот так кому-то из них удастся снова воплотиться.
- Почему ты так уверена в этом?
- Ты забыл малыш, я спец по душам, - Девушка послал ему воздушный поцелуй, но глаза при этом были слишком сосредоточены, - Так как, будем воплощать половинку твоей души или нет. Больше шанса не представится.