Люди, живущие вне Японии, не понимают синтоизма. Это будто бы объясняется тем, что во время войны синтоизм был искажен. Этот великий и вечный культ японского народа был использован для политических и военных целей. В синтоистские храмы проникали наиболее крупные генералы, которые требовали от верующих, чтобы, они молили бога о чем-нибудь. Но бог синтоизма, живущий в храме «Гион-сан», сам знает, что дать людям, а в чем им отказать.
— Сколько же верующих в синтоизм, по-вашему, в Японии?
— По-моему, все японцы. Мне кажется, что синтоизм является моральной основой японцев. Некоторые склонны утверждать, что синтоизм не является религией, но я думаю, что именно в том, что синтоизм не противоречит другим религиям, заключается его основная сущность. Другие утверждают, что синтоизм есть тоже своего рода религия, так как наши храмы устраивают праздники и церемонии. Но и это рассуждение является ошибочным. Синтоизм — это вечный моральный культ Японии, и уничтожить его никто не может. Для этого должен быть уничтожен народ.
— Ну хорошо, — сказал я, — но признаете ли вы богов других религий?
— Да, — ответил священник, — в особенности буддийских богов. Во время династии Токугава синтоистские храмы и буддийские церкви жили в большой дружбе.
— А как относится синтоизм к женщинам, браку и семье? — спросили мы у священника.
— В древние времена дом был центром человеческой жизни. Все жили вместе, в одном доме. Потом появились деревни, селения, города, и, с нашей точки зрения, это все тоже единые семьи. Мы считаем, что весь мир — одна семья. И я надеюсь, что эта великая семья в будущем с уважением будет относиться к синтоизму. В многочисленных книгах вы можете прочитать о том, что Япония является женской страной, потому что ее основала богиня солнца. В древние времена женщины были заняты земледелием, ткачеством, приготовлением пищи, так как мужчины главным образом воевали. Но теперь мужчина является главой семьи и главным работником и, естественно, женщина в японском доме находится на втором плане.
— Ну хорошо, оставим это, — предложил я. — Не можете ли вы нам сказать, какая связь между синтоизмом и императором?
— Историки, — ответил священник, — прямо связывают императора с синтоизмом, считая его главой этого культа. По нашим представлениям, японский император, являясь потомком богини солнца, спустился на нашу землю на облаке с неба. Но научно обосновать легенду невозможно. В этом наша трагедия. Я лично считаю неопровержимым фактом, что богиня солнца является родоначальницей нашего народа и предком нашего императора:
— Какие цели вы ставите теперь перед синтоистским движением в Японии?
Священник подумал, потом встал и, как заклинание, произнес:
— Есть у синтоизма ритуал, так называемый «охрай» — «великое очищение». Он сводится к тому, что люди приходят в храм, признают перед богом свою вину и при этом приносят ему в жертву деньги, продукты, рис — все, что у них есть. Тем самым они очищаются. У японского народа есть теперь вина: он потерпел поражение. Он должен приходить в наши храмы, жертвовать все богу и молить об искуплении.
После этого священник продемонстрировал нам ритуал подношения подарков. Он становился на колени перед каждым из нас и протягивал маленькую коробочку с бамбуковым кувшином, сделанным и освященным в храме. Он дарил нам эти кувшинчики в знак благодарности за то, что мы посетили храм.
Такахара Иоситада повел нас к главному входу, где три колокола ежеминутно издают какой-то плаксивый, дребезжащий звук: это проходящие мимо храма японцы подходят к длинному канату и, опустив в ящик пол-иены, ударяют в колокол.
— Это они вызывают бога, — пояснил священник со свойственной ему торжественностью. — Прежде чем обратиться к нему, они ударяют в колокол и просят выслушать их. Вот видите, та женщина в сером кимоно с полминуты уже стоит и ждет, пока до бога дойдет ее зов. Теперь она опустилась на колени и произнесла свою молитву. Значит, уже дошел.
— О чем же она молит бога? — спросили мы.
Священник покачал головой и ответил:
— Я не могу слушать то, о чем молят люди. Это их тайна.
И он отошел к внутренней лестнице храма.
У синтоизма есть свой университет в центре Токио, у него есть свои семинарии и целый арсенал лживых и лукавых посулов, с которыми он идет в народ, рассчитывая, что наступит день, когда синтоистские храмы вновь будут поставлены «на вооружение», как это было в последние полвека.
В садике у храма нас привлекает музыка: десять девушек с саксофонами, флейтами и бубнами зазывают всех выходящих после молитвы в цирк «Отакэ». Там, под парусиновым навесом, выступают акробатки и танцовщицы. За две иены они путешествуют по арене на голове, совершают головокружительные прыжки, бегают по канатам, взбираются к потолку и там повторяют все это с беззаботной улыбкой.