А еще Коля всегда писал стихи. Очень, доложу, приличные стихи. Это я понимал и еще потому выделял Калмыкова среди других. Помнится, он мне дал «Автобиографию» Евтушенко. До сих пор она у меня хранится, переписанная рукой давно уже покойного тестя. Потом Колю взяли в «Красную звезду». Но не за поэтические – профессиональные способности. Военный инженер-радиолокаторщик Калмыков, как специалист, имел среди нас, журналистов в погонах, авторитет непререкаемый. Он шесть лет (без нескольких, по-моему, 16 дней) провел на острове Огурчинский, что невдалеке от Ашхабада. Та служба считалась ссылкой. О ней можно было написать душещипательную сагу. На военном сленге радиолокаторщиков называли ещё РАДИОЛОКАТОРЖНИКАМИ, что почти соответствовало истине. (Жаль, Коля этого не сделал, не написал про свою службу, как не издал своих очень глубоких рассуждений о русских дуэлях, хотя рассказывал о том и другом очень интересно). Паскуднее места службы в нашем громадном округе, как мне сдается, и не существовало. Многие там спивались, некоторые стрелялись. Николай не просто выстоял (в том числе и благодаря поэзии), а после Огурчинского ушел на повышение – инженером РЛС Тбилисского корпуса.
Из Тбилиси его взяли в газету «На страже», затем, как уже говорилось, в «Красную звезду». Меня с женой переселили в его освободившуюся однокомнатную квартиру на улице Каверочкина. Мы с тех пор и дружили семьями: его Марина и моя Татьяна тоже симпатизировали друг другу. Кроме всего прочего, меня лично Калмыковы покорили одним, не знаю даже, как и выразиться: подвигом – не подвигом, но таким, знаете ли, пронзительным жизненным сподвижничеством, на которое я бы вряд ли сподобился.
В своей книге «Алексей Баталов. Жизнь. Игра. Трагедия» я об этом так написал: «У меня есть приятель, коллега и однополчанин, которого я знаю ровно 45 лет. Вместе начинали службу в Бакинском округе ПВО. Он первым уехал в столицу. Мы с женой поселились в его квартире. Потом мы оба работали в газете «Красная звезда», а, выйдя на пенсию, сочиняли сканворды в российской-германской фирме, чтобы кормить семьи. Причём, именно я привёл туда дружка. У него – тяжёлый нрав и временами просто-таки несносный характер. Иной раз мне хотелось его поколотить. Однако я всегда знал, что не порву с ним дружеских отношений ни при каких обстоятельствах. Ибо в трудную минуту на него можно положиться, как на самого себя. Человек этот – высоких и твёрдых нравственных устоев. Пока в стране не переводятся такие люди – России стоять незыблемо.
Ещё на скрининге – первоначальном обследовании беременности – жену друга врачи настоятельно предупреждали: надо сделать аборт. Когда ребёнок всё же родился, те же врачи молодую мать убедили от него отказаться. Потому что доказательно и справедливо утверждали: ваша дальнейшая жизнь превратится в ад. И женщина, скрепя сердце, согласилась с приговором. А друг сказал: никогда не откажусь от сына. И 32 (тридцать два!) года потом вдвоём с женой его растил, воспитывал, на ночь, запирая в специальной клетке. Мальчик, затем взрослый юноша обладал внушительными умственными способностями, необыкновенной памятью. Но когда случались приступы болезни, мог натворить страшной беды. Его уже нет на свете несколько лет. А друг с женой и дочерью счастливо живут. И я уверен: будут жить очень долго. Потому как Провидение таких людей метит по-особому и не засчитывает им время по уходу за неизлечимо больными детьми в срок земной юдоли».
Три года назад Коли не стало…
На последней академической стажировке я, естественно, напросился в отдел, где к тому времени трудился Коля Калмыков. Главная военная газета Советского Союза, конечно же, не являлась тем местом, где крепятся дружеские связи между ее сотрудниками, хотя как школа – явление в нашей с Николаем жизни исключительное. Нам просто повезло – так звезды расположились – многие годы нам трудиться в «Звезде» и при этом не порушить дружеских связей. Притом, что характеры у обоих явно не сахар. То есть в разведку с Колей, на сутки, за языком я пошел бы однозначно, а вот вместе полететь на полгода в космос – это вряд ли. Поцапались бы по идеологическим соображениям.