ФИЛАТОВ – СПОДВИЖНИК ЖИРИНОВСКОГО
Виталий Мороз часто рассказывал мне о своем сослуживце по окружной газете «Ленинское знамя» Викторе Ивановиче Филатове: «Человек поступка, но и на подлянку способен. Женился на дочери генерала. А когда его склочная семейка «достала», поднялся из-за стола и ушел из дому в одной военной рубашке. А вот писал и пишет Витя из рук вон плохо, путано, неряшливо. Ни один его материал в «Звезде» не проходил через редколлегию с первого предъявления».
Это говорилось от зависти к более способному коллеге. Потому что Филатов – как профессионал – всегда был на несколько порядков выше подавляющего большинства из нас, краснозвёздовцев. И то, что материалы его с постоянными трениями, неминуемыми при этом потерями продирались на полосу центральной военной газеты, не минус, а плюс Филатову. А вообще же в военной журналистике он был тем, что являл собой Евтушенко в советской литературе: компотом из фронды, скандала, лести, способностей, приспособленчества и наглости к меньшим. Поначалу я относился к Филатову исключительно с чувством завистливого восхищения, какое обычно случается у сопливого юнца к уличному заводиле. Первый раз серьезно разочаровался в кумире, когда он принародно, на летучке, смешал с грязью только что уволившегося фронтовика, полковника Александра Андреевича Сгибнева, с которым Филатов рука об руку проработал добрых полтора десятка лет.
- Витя, да как же ты мог так с Александром Андреевичем-то поступить? – с изумлением спросил я его после летучки. Филатов с кислой миной на лице послал меня на три буквы. Обидеть, унизить человека для него всегда было делом не сложнее, чем помочиться через два пальца. Поэтому ни в «Красной звезде», ни за ее пределами Виктор Иванович никогда не имел настоящих друзей – или почитателей, или недоброжелателей. Тем не менее, я продолжал с неизбывным интересом изучать филатовские «чердаки» и «подвалы». Писал он, бестия, хоть и действительно временами сумбурно, но всегда интересно: энергичными фразами; вопросами в лоб; ответами – по щекам, наотмашь. Как Гитлер свою «Майн кампф». Наверное, не случайно спустя много лет, будучи уже редактором «Военно-исторического журнала» («ВИЖ»), Филатов опубликует несколько страниц из этой одиозной книги, чем взорвет общественное мнение уже на ладан дышащего Советского Союза. Но я забегаю вперед.
В 1987 году я как спецкор ТАСС, Филатов как спецкор «Красной звезды» полетели на очередной вывод советских войск из Афганистана. В Шинданде, кажется, он опалил на солнце свою громадную, как у Сократа лысину и вдобавок еще простудил горло ледяной заграничной водой «Пепси» в металлических банках – диковинкой по тем временам. Всю ночь Витя пролежал в бреду. Мы с Сашей Прохановым и Тимуром Гайдаром разыскали американских медиков. Те влепили нашему коллеге лошадиную дозу антибиотиков. Утром с пересохшими, растрескавшимися губами Витя засел за материал. И, как всегда, у него получилось что надо. А вечером он присоединился к нашей компании – Проханов, Гайдар, рыжий Гена Бочаров из «Литературки» и я от ТАССа. Мы всю ночь глушили водку, доставляемую представителем ЦК КПСС в Афганистане покойным Виктором Петровичем Поляничко, и писали Наджибулле подробный сценарий предстоящей первой пресс-конференции для зарубежных и советских журналистов. Помню, Проханов все норовил вставить про перспективу метро в Кабуле, за что Витя его осаждал, не заботясь дипломатичностью:
- Ты что, дурной?! Да в этой стране, кроме войны, никогда ничего невозможно в принципе!
В чем-то прав оказался Витя. И вообще я ему многое прощал за его исступленный профессиональный фанатизм. К тому же мы оба были «вознаграждены» за проделанную работу выговорами от самого начальника Генштаба за несвоевременный возврат загранпаспортов.
Так называемую перестройку Филатов встретил лютой ненавистью и был последователен в этом неприятии любых перемен с тем же профессиональным фанатизмом. Прыть краснозвёздовского публициста не осталась незамеченной тогдашним военным руководством, в частности, министром обороны Д.Т. Язовым. Филатова назначили главным редактором «ВИЖ». Вскоре он получил генерала – в военной журналистике звание очень редкое даже по меркам застойных времен. Генерал – он и в Африке генерал.
Филатов был генералом неглупым. «ВИЖ», им ведомый, стал на некоторое время главным редутом военной печати в войне с крепнувшими демократами. В «Красной звезде» сидел трусливый Панов, в «Коммунисте Вооруженных Сил» конъюнктурный генерал Николай Кошелев, а другие средства массовой информации сколь-нибудь реального влияния на советских людей не имели. Филатов в этих специфических условиях действовал напролом и мощно, круша «желтую» прессу налево и направо. Тираж сугубо специфического военного журнала Виктор Иванович довел до нескольких сот тысяч экземпляров, превратив его в массовое издание.