Я не был (да и не мог быть) свидетелем этого разговора, но для того и дана журналисту фантазия, чтобы домысливать, оживлять сухие факты, растворять их, словно каши быстрого приготовления, в кипятке эмоций и ощущений, превращая в полноценную еду. Совсем нетрудно представить, как все это было: вот – гигантский кабинет министра обороны. На приставном столике – россыпь телефонов. Вот один из них, с надписью "председатель правительства". Звонок.
- Слушаю, Виктор Степанович, – говорит министр.
- Привет, Игорь Николаевич.
Они о чем-то беседуют – мало ли у министра и премьера тем для обсуждений. Потом Черномырдин говорит:
- Кстати! Поздравляю, к тебе в Генштаб назначен новый зам. начальника.
- Кто? – удивляется министр Родионов.
- Генерал Манилов.
Пауза. Родионов молчит – он осмысливает услышанное, но прийти в себя не может.
- Как же так, – выдавливает он наконец, – я ведь был против его назначения.
Настала пора удивляться премьеру:
- Ты что?! Вот же передо мной свежий указ. На нём – твоя виза.
- Моя?!! Не может этого быть! Я ничего не визировал!
Черномырдин ошарашен не меньше Родионова.
- Ладно, приезжай, будем разбираться.
И как вам, читатель, подобное «домысливание и оживление»? Лично я не верю ни одному слову. Просто потому, что хорошо знаю Манилова. Почти семь лет работал под его, если так можно выразиться, оперативным руководством, будучи специальным военным корреспондентом ТАСС при министре обороны Д.Т. Язове. Видел Валерия Леонидовича в самых разнообразных ситуациях. Часто спорил с ним. Он всегда прислушивался к моим резонам. Однажды говорю: «Не надоедает вам ковыряться в моих заметка? Ведь я же собаку на них съел». – «Миша, не обижайся. Но Язов в день по двести бумаг различных пописывает. Я им придаю видимость его стиля».
В другой раз Витя Филатов опубликовал с своём журнале «ВИЖ» отрывки из «Майн Кампф» Гитлера. Возмущённый Канцлер Колль позвонил своему корешу Горбачёву: «Мы за такие публикации сажаем в тюрьму. Разберитесь там со своим генералом. Горбачёв «вздул» Язова, заставив его выступить в печати.
- Валерий Леонидович, вы будете руководить, а я писать или я руководить, а вы писать? – спросил я Манилова.
- Ты же знаешь, Миша, что я тебе верю…
Когда Манилов окончил Одесское общевойсковое командное училище, я учился в седьмом классе. Служил Валерий Леонидович на различных должностях в Южной группе войск, в Забайкальском военном округе. Окончил Военно-политическую академию и Академию Генерального штаба. Кандидат философских наук, доктор политических наук, академик РАЕН и Международной академии информатизации. Но никогда, ни на йоту я не чувствовал над собой демонстрации его превосходства. Всегда ровное, уважительное отношение, правда, что и не дружеское. Там дальше в своей инвективе Хинштейн описывает Манилова, как проныру и чуть ли не проходимца. Наглая ложь. Манилову не надо было нигде, никогда и ни перед кем заискивать, лукавить. Продвижение по службе, потом в государственной деятельности он обеспечивал себе, прежде всего, своими недюжинными способностями и невероятным трудолюбием. (На моём пути не встречались более работоспособные люди). А уже потом он использовал, разумеется, и впечатляющие связи на всех этажах государственного здания.
Кстати, никто о нём никогда плохо не отзывался. Во всяком случае, я не слышал. Манилова я бы сравнил с Михаилом Сперанским. И тот, и другой, словно рождены были для того, чтобы покорять вершины государственного управления.
Уволившись со службы в звании генерал-полковник, Валерий Леонидович успел побывать президентом Академии проблем геополитики и безопасности, членом Совета по внешней и оборонной политике, губернатором от Приморского края, первым заместителем председателя Комитета по обороне и безопасности, членом Комиссии по контролю за обеспечением деятельности Совета Федерации и Комиссии по методологии реализации конституционных полномочий Совета Федерации, а также Комиссии по информационной политике. Неужели кто-то всерьёз может подумать, что таких высот можно достичь, не обладая врождёнными и большими талантами? Между прочим, его младший брат Александр тоже стал генерал-полковником, только пограничником.