ЮРИЙ МАМЧУР – ПОМОЩНИК АГАПОВОЙ
Юра был, безусловно, талантливым журналистом, с той самой искрой божьей, которая так редко встречается у людей нашей профессии. Покойный мой друг Володя Житаренко очень любил Юрку, почти восхищаясь его способностями. Они встретились в Группе советских войск в Германии. Мамчур служил в дивизионной газете, Володя был постоянным корреспондентом «Красной звезды» по ГСВГ. Помогал младшему коллеге, как только мог помогать этот щедрый душой человек. То, что Юра после академии попал в «Красную звезду», целиком заслуга Житаренко. Он нам всем уши прожужжал рассказами о талантах Мамчура.
У меня, грешного, даже какая-то ревность шевельнулась. А когда почитал Юркины материалы – успокоился. Парень на порядок лучше, интереснее писал, чем я на ту пору. Но нашел себя Юра отнюдь не на ниве журналистики, а в сложном и, что бы там ни говорили, все-таки гнусном мире высокого военного чиновничества. Смутно я догадывался, что такой выбор своего любимого ученика Житаренко вряд ли одобрял. Однажды мы втроём: Теплов, Мамчур и я проведали могилу Житаренко. Сидел я между двумя Юриями, и мы выпивали. Вот тогда, заливаясь слезами, Мамчур и подтвердил мою догадку. Оказалось, что на эту тему они с Володей даже спорили. И не раз. Почти равнодушный к служебной карьере, наш Михалыч не понимал и не принимал того самого паркетного рвения у своего любимца. Ему всегда казалось, что молодой и способный Мамчур должен был писать звонкие материалы, а не угождать Грачёву и его команде.
Меж тем, Юрка, выросший в семье секретаря парткома Северо-Кавказского военного округа, с детства привык к определенному уровню жизненных благ. С некоторых пор журналистика перестала обеспечивать этот уровень даже для очень способных её служителей. И Мамчур сознательно сделал свой выбор. С равным успехом он умел обаять и Елену Агапову, и того же одиозного генерала Здорикова, и еще роту других нужных и полезных крупнозвёздных начальников. С уходом с политической арены Грачёва и его команды, чудом не ставший генералом Мамчур мягко приземлился в одном из фондов, якобы спонсируемым известным авторитетом Михаилом Живило, и даже успешно им руководил. Мы с Юркой не приятельствовали ни в «Красной звезде», ни тем более, когда он взлетел на министерские выси, хотя я лично всегда ему симпатизировал.
МАСТЕР КОСАРЕВ
В «Красной звезде» мы с Володей Косаревым как-то очень быстро сблизились. Наверное, прежде всего потому, что в разное время работали под началом бывшего военного лётчика подполковника Владимира Мухина. К сожалению, он ушел из жизни более двух десятков лет назад. Косарев меня ещё приятно подивил своей неистовой любовью к джазу. Что такое джаз я уже имел довольно недурственное представление. Мой начальник по отделу и однокашник по училищу Володя Каушанский был просто заполошным фанатом этого музыкального направления. Потом служба на некоторое время развела меня с Косаревым по разным заведениям. Меж тем Володя стал по ней продвигаться прямо-таки аллюрным темпом.
Послужив некоторое время в Службе информации при президенте Горбачёве, он вновь вернулся в «Красную звезду» уже первым заместителем главного редактора. А потом ушёл в Министерство обороны и там получил генерала. Чрезвычайно редкое, доложу, звание для нашего брата пишущего журналиста. Пальцев одной руки хватит для их перечисления.
Некоторое время Володя был моим непосредственным начальником. Многие его действия тогда я не одобрял, некоторые воспринимал просто в штыки. И с какой-то обречённой грустью понимал: прежней дружбы между нами уже не быть никогда.
Слишком на разных ветвях военного дерева мы с ним сидели. Уволившись со службы, я на некоторое время вообще потеря из виду Косарева. А он взял и организовал первое в мире «Агентство военных новостей» и несколько лет его плодотворно возглавлял. Согласитесь: спуститься с генеральских высот на каменистую информационную почву не каждый сподобится. Да и не каждом журналисту по плечу выдержать потогонную информационную мясорубку. Знаю о чём говорю. Несколько лет был заместителем редактора «Красной звезды» по отделу информации и семь прослужил в ТАССе. То были сковородки одна другой раскалённее. Косарев просидел на подобной десять лет, а потому ушёл на вольные хлеба.
Что Володю всегда отличало и чему я не переставал в нём удивляться, даже завидовать, так это его спокойная, несуетная устремлённость при достижении поставленной цели. Всегда он был собранным, немногословным. Но если брался за какое дело, дожимал его вопреки любым привходящим моментам. И ещё одно чрезвычайно важное обстоятельство, из-за которого я лично прощал Володе многое такое, чего другому бы не простил. Он всего в жизни добился сам, своим трудом и просто-таки сумасшедшим упорством. У выходца из простой семьи, проживающей в городке Лысьва Пермской области, не наблюдалось не то, что «волосатой руки» - «волосатый палец» отсутствовал. И клан национальный его не поддерживал, поскольку ни к каким кланам парнишка не принадлежал.