— Когда он появился в моей жизни, я в кое-то веки могла отдохнуть. Матвей разговаривал со мной, помогал. Представляешь ещё до того как мы сблизились, тогда между нами было что-то вроде противостояния, он довёз меня до дома, мне в ту ночь пришлось ехать в клуб за сестрой. Матвей стал, возмущался, мол, почему нет ни одного фонаря в округе. А буквально через пару дней весь мой район озарило светом. Ночь превратилась в день. Кажется, я его даже не поблагодарила. Но не оценить жест не могла, — с улыбкой я вспомнила начало нашего общения.
— Прикольно, — поддержала меня подруга. — Я бы, наверное, тоже в такого влюбилась.
— Влюбилась?
— А разве нет? Ты не задавалась подобным вопросом?
— Много раз, но боялась отвечать на него. Старалась как можно глубже засунуть и забыть, — призналась я Вале, и себе в кое-то веки.
— А что ещё...? — Задать очередной вопрос она не успела, нас позвали на собрание.
Мы переглянулись, и пошли следом за директором. Вообще такие вещи проходили у нас не часто, я бы даже сказала раза два в год, но в последнее время (не считая моего увольнения) зачастили.
На складе собрались почти все. Никто не понимал, что происходит, и каждый начинал волноваться.
— Короче девчонки у нас авария…— договорить Льдову не удалось, дверь громко хлопнула, все мы услышали только уверенные шаги. Как оказалась не одного человека.
Мы с Валей стояли поодаль, надеясь не попасть под раздачу. Зато Антон, встречавший незваных (или званых) гостей побелел. Видеть самоуверенного мажора испуганным было в новинку. И перед кем он только так робеет? Высовываться раньше времени я не стала, подожду, потом посмотрю. Вдруг реально всё настолько ужасно.
Но одно лишь имя заставило мои ноги подкоситься.
— Матвей, доброго денька братишка, — вроде как улыбался Антон, но чувствовалась его подавленность. — Ты извини, я не поздравил тебя, но сам только утром узнал, что Юрий Аркадьевич отдал полномочия тебе.
— Валя, — прошептала тем временем я, — держи меня.
Подруга мигом подхватила меня под руку, и попыталась вернуть в реальность. Но я не могла. Ноги стали ватными, воздуха стало катастрофически мало. Я стала рыбой, выброшенной на берег.
— Матвей Юрьевич, — холодно поправил он друга.
— Чего? — не догнал Антон, и улыбка стала спадать с его лица.
— Повторять не стану. Если хоть что-то ты у меня ещё раз переспросишь, я тебя уволю, усвоил? — неузнаваемым голосом угрожал Мацкевич директору.
— Матвей Юрьевич, не думаю, что нам следует заострять внимание на таких мелочах. Сеть находится в убытке, я считаю её нужно закрыть, — советовал кто-то с глубоким, но почему-то раздражающим голосом.
Спрятавшись за Валю, я осторожно выглянула, и увидела рядом с Матвеем с правой стороны невысокого мужчину лет пятидесяти, а с левой стоял ещё один. Его лицо казалось мне смутно знакомым.
— Ну и дыра, — прошёл тот, что стоял слева. — Я бы согласился с дедулей, прикрыть и забыть.
— Замолчи, — прошёл мимо него Мацкевич, и глаза его смогли поймать меня. На мгновение время замерло, и оно показалось мне вечностью.
Словно всё остановилось, и остались лишь мы одни. На языке вертелось много, что я не успела ему сказать, то, в чём не призналась. Но я молчала. Словно онемела. Спасибо Вале, благодаря которой я не упала в обморок, пока Матвей смотрел на меня.
— Юноша не стоит так панибратски обращаться к заму великой компании, — отрезвил меня голос «дедули».
— Ну, отшлёпай меня, — ядовито рассмеялся темноволосый мужчина. Не знаю почему, но он вызывал у меня ещё большее отторжение, чем зам «великой компании».
— Замолчали оба, — приказал им Мацкевич, не оборачиваясь. — Вы находитесь среди подчинённых, соблюдайте приличия.
— Позвольте вмешаться Матвей Юрьевич, — громко прочистил горло Антон, осознав, что про него успешно забыли. — А зачем вы притащили сюда двоих своих, собак? Чтобы спустить их на нас?
— Следи за языком Антон, а то ненароком подрежут, — сузил глаза наглый молодой друг Мацкевича. — Дерзость иногда излишняя.
— Достаточно Руслан, просто помоги мне сейчас и можешь идти, — прошёл мимо нас всех Матвей и сел за компьютер.