Не этого я ожидала, но ладно.
— Не надо себя винить, просто твои охранники плохо делают свою работу.
— Но нанял-то их я. Нечего перекладывать вину. Ты не переживай, я поменяю людей, будет всё на высшем уровне. Скоро Катя поедет туда, где ей давно место. Я больше не стану её жалеть, — и опять он, отвернувшись от меня, пошёл к окну, а я как дура следом.
— Посмотри на меня, — попросила я. — Почему избегаешь?
— Стыдно Алёна. Ты же прекрасно знаешь что такое «стыд»! Не надо задавать такие бестактные вопросы, — перед ним был шикарный вид на центр города, но смотрел он себе под ноги.
— Тебе-то чего стыдиться? — не поняла я. — Мне, что тебя умолять не винить себя? Я же тоже пошла на поводу у Кати. Считай мы квиты.
Боже мой, я спятила.
— Считай!
И как разрядить обстановку?
О я знаю. Чудесная возможность задать новый неловкий вопрос.
— Мне тут одна шельма на хвосте принесла, что у вас снова званый ужин с Разиными. Поговаривают даже, что ты женишься, — смотрела я по всем углам, было ужас, как неудобно говорить такие вещи.
Послышался тихий смех. Оставалось надеяться, что не истерический.
— Вот из-за чего ты явилась. Я ждал этого, признаюсь, в последний момент занервничал, но ты умница, не подвела, — обернулся-таки он, с абсолютно новым настроением. Более светлым.
— Это байка? — начала было возмущаться я.
— Нет. Моя мать и Аглая Тимофеевна сговорились. У нас снова романтический ужин. Маша предупредила, сам бы я не узнал, — признался Матвей.
— Маша?
— Она самая. Оказывается приятная девочка, — с улыбкой прошёл он мимо.
Злит меня. Хорошо!
— И что ты намереваешься сделать? Пойдёшь и примешь Машеньку как невесту? — раздражалась я. Если он продолжит, не выдержу, накинусь с кулаками.
— Пока не решил. Что посоветуешь? — уселся он на свой дорогущий стул и сложил ногу на ногу. Ну, прям король не дать, не взять.
— Советовать не стану. Потому что у нас новый план, — прошлась я по кабинету, а он наблюдал. — Мы идём к тебе домой вместе. Надо показать бабушке, что я всё ещё здесь! Пусть губу не раскатывает.
— С чего взяла, что я хочу этого? Откуда такое высокомерие? — с насмешкой в глазах полюбопытствовал Мацкевич. Бог высокомерия!
— Ты научил. Подойдёт такое объяснение? — хотела уточнить я.
— Ты подчерпнула самое лучшее, — с издёвкой согласился он.
— Учитель был неплох. Да и в генах как оказывается у меня кое-что заложено, — припомнила я бабку. — Когда ужин? Надо выходной взять, событие вселенской важности как-никак.
— В субботу. Они не изменяют своим привычкам. Но Алёна, будет сложно начать всё заново, — предупредил он, опять вернувшись в апатию.
— Правда? Ты так считаешь?
— Да.
— Матвей ты вроде взрослый мальчик, умный, но не видишь очевидного. Я никуда не денусь, потому что я от тебя не уходила, — заявила я самоуверенно. — И я, правда, в тот день хотела пойти за тобой. Пошла. Но не успела, а сосед сказал мне, что ты был зол.
Упоминать про кровь я не стала.
— Если бы я задержался, ты бы призналась?
— Во всём! Без исключения, — подошла я к парню, нагнулась и поцеловала в щёку, а потом прошептала на ухо. — Я не ответила в первый раз: я тоже люблю тебя.
Матвей резко повернулся ко мне, и наши лица замерли друг напротив друга. Его глаза светились, наверняка, как и мои.
Глава 18 .Алёна. Я вам всем докажу!
«На этот раз Аглая Тимофеевна не доведёт меня до слёз, не заставит чувствовать себя ненужной. Я покажу старухе, с кем она связалась. Что я тоже не пальцем деланная, и кое-что могу, по крайней мере, защитить себя, точно. Конечно, против Кати с ножом в руке мало что можно противопоставить, но что мне, в самом деле, сделает Разина?» — обо всём этом я размышляла стоя возле зеркала у себя в спальне перед походом в гости к Мацкевичам.
Нанеся макияж, я полезла в шкаф. В нём всё ещё мало шмоток, собственно как и раньше. Неужели я думала, будто бы они там появляются по волшебству? Нет, конечно, однако ходить по магазинам времени у меня не было. Немного пораскинув мозгами, я решила обратиться к той у кого шкаф ломиться постоянно. Давно мы нормально не общались с сестрой, пора бы нарушить традицию молчания. Постучав в её комнату, я спросила, не занята ли она, благо Лиля в кое-то веки повела себя адекватно, разрешив войти.