— Алёна прекрати, — пытался вырваться из её хватки, но она оставалась непреклонна.
— Не пойдешь, стану кричать на весь дом, и тогда…
— Ладно, хватит, — мягко ответил я, вставая и идя за ней.
Алёна ощущала себя победительницей, улыбалась. А Маша отвечала ей взаимностью. Пришлось подняться с ней в мою комнату, где царила темнота. Я потянулся было включить свет, но она остановила меня, взяв за руку.
— Тебе разве мало света падающего в окна? — спросила внезапно.
— Мне всё равно, — развёл я руки, и снова открыл створки, чтобы свежий весенний воздух ворвался внутрь.
— Сначала ты просишь себя простить, за то, что не смог поймать Катю. Теперь я будто бы снова виновата. Тебе мало объяснений? Мне упасть к твоим ногам и молить? Чего ты хочешь, но не можешь сказать? Матвей? Скажи мне прямо! — Взмолилась девушка, подбежав ко мне и обняв сзади.
Мать оказалась права, дежавю.
— Просто нужно время. Я правда хочу быть с тобой, но пока мне что-то мешает. Внутри будто бы барьер, — признался я, как мне посоветовал психотерапевт, однако я долго откладывал.
— Значит, мне нужно ждать?
— Не обязательно. Ты красивая и умная девушка, найдешь себе кого-нибудь, у кого нет в голове таких неурядиц, — от тепла тела Алёны во мне что-то пробуждалось, и это начинало пугать.
— А если я не хочу кого-нибудь, у кого нет в голове неурядиц? Что мне тогда делать? Скажи мне, реши за меня, — ладони Алёны бродили по моему животу, и в какое-то мгновение стали опускаться ниже. Она точно знала способы, как подчинить меня. — Неужели из-за своих мыслей ты позволишь себе проиграть? Готов отдать меня без сомнений? Уверен? Например: своему другу Антону? Точно будешь способен видеть нас вместе? Сомнений нет? Только представь. Я и он за руку, а на пальцах обручальные кольца.
Я крепко вцепился в её запястье и оттолкнул. Каждое сказанное ею слово сжигало меня изнутри, она знала это, добивалась этого. Коварная, как и все женщины.
— Я могу уйти, и больше ты меня не увидишь. Приложу максимум усилий, чтобы не встречаться, — угрожала мне девушка.
— Так прикладывай, — вывела она меня на эмоции, и я показал себя настоящего, сняв маску равнодушия. — Чего же ты тут забыла? Пришла, чтобы снова быть со мной или ради мести своей бабушке?
— И то и другое, — расплывчато пояснила Алёна, и снова предприняла попытку приблизиться.
— Стоять, — запретил я, — не подходи.
— Прости, я не могу, — и снова сделала шаг. — Прошу не оставляй меня. Я так хочу быть с тобой. Каждый день. Ты ведь добивался этого, а теперь я стала кем? Машей? Не нужна тебе? Любишь непокорность и грубость? Но я тебе этого не дам. Я буду той, кем мне хочется в данный момент, и плевала я на то, какие чувства ты испытываешь.
Я сжал кулаки, пытался держаться. Но она умела проникать ко мне в голову и заставлять делать то, что угодной ей. Только она умела это, только ей было доступно моё сердце. Она как змея обвила его, и каждый раз сжимала, обещая убить, если не подчинюсь.
— Давай Матвей, прогони меня, скажи, что я для тебя пустое место. Проклинай меня и моё существование. Крикни так громко о том, как я тебе противна, чтобы люди внизу услышали. Тогда я покорно покину ваше дорогое фамильное гнездо, — читалось чистое без изъянов высокомерие на её лице. — Ведь я не заслуживаю быть с тобой, мы же разные. Ты с громкой фамилией, а я…. А кто я вообще? Считаешь ли ты меня себе равной? Вряд ли.
— Довольно, — отвернулся я, и прошёлся по ночной комнате. Она давила на меня, даже воздух, колышущий лёгкую тюль, не спасал. Слишком жарко, и больно…. Больнее, чем в прошлый раз. Расстегнув несколько пуговиц рубашки, я пытался ловить воздух губами, но это мало помогало.
— Скажи то, что я прошу, и закончим. Я готова покончить со всеми нашими связями, — требовала Алёна, идя за мной.
Её слова стали последней каплей. Я резко остановился и развернулся к ней, да так что Алёна случайно врезалась в меня. Извиняться она за это не стала, как делала раньше. Меня злила её власть, и то, что Разина была права. Кто угодно мог мне сказать подобное, и я бы пережил, но то, что слова противной старухи оказались истиной.… Это добивало.
«Откуда ты черпаешь эту смелость?» — пронёсся голос Разиной в голове. — «От него?»