— Мы словно на скачках. Давно я не каталась по настолько экстремальным дорогам. Видимо жизнь в городе меня разбаловала, — ныла она, сидя рядом.
— Алёна, я бы с радостью погонял прямо по ямам, но ты же понимаешь мне это выльется в копеечку. Машина новая, японская, и ты представить себе не можешь, какие ломят цены на запчасти к ней.
— Ты же богатый, — выдала она факт.
— Именно поэтому я и богатый. Если у тебя куча бабла не стоит разбрасываться, иногда оно может пригодиться в экстренном случае. Потерпи немного, надеюсь, виляния скоро прекратятся.
К сожалению минут, через десять всё только усугубилось. Дорога кончилась вообще. Дальше только пыль и щебёнка. Но был и плюс, изредка стали появляться дома и до мамы оставалось меньше двух километров.
Припарковавшись под ближайшим кустом (ужасно звучит да, но кто виноват, что вокруг кроме них нет ничего), я первый покинул автомобиль, и намекнул Алёне, что наша поездка окончена.
— Предлагаешь идти дальше пешком? — вышла она следом, и хлопнула дверью.
Душевно, я страдал в этот миг, но смолчал. У нас ссоры и так как обыденность стали, нечего давать лишние поводы.
— Предлагаешь разбить моего японца в хлам? Напоминаю, что нам ещё ехать обратно. Посадка низкая, — добавил я, чтобы не нагнетать атмосферу. — А здесь щебёнка, боюсь добить машину. Ты же не собираешься домой возвращаться на лошадях, при условии, что они здесь в принципе есть. Складывается впечатление, что деревня населена бабушками и дедушками, которым осталось жить недолго.
— Матвей ты напрягаешь. Можно хотя бы минутку без твоих анализов? — повысила голос Алёна и стала надвигаться на меня.
— Без анализов. О’кей, — согласился я. — Пошли?
— Погоди дорогой, есть неурядица в виде каблуков, — и совсем не по девчачьи Алёна задрала ногу, вверх показывая мне свою обувь.
— Ты опусти копытце, я, конечно, сказал, что кроме бабушек и дедушек здесь никто обитать не сможет, однако есть риски. Ты же изучала экономику? Там встречается такое понятия, до одури часто, — положив свою ладонь ей на бедро, я старательно опустил его на положенное место. Даже в глаз не получил, значит между нами теперь всё намного лучше чем я думал.
— Экономику? В школе? — взбесилась Алёна, но как-то наигранно. — Я изучала МХК[1]. Знаешь, что это такое? Нет? Никто не знает.
— Что-то связанное с художественной культурой? Хватит мне зубы заговаривать! Сама нацепила на себя этих «убийц», а теперь ноешь. Можешь остаться в машине, я тебя за собой не тащу, — стал я шутливо «отбиваться» от неё.
— Остаться? Чтобы какая-нибудь коза на тебя глаз положила? Нет уж, помучаюсь, как мучились все мученики этого мира, — и, задрав голову, она стала шагать прямо по щебёнке, иногда спотыкаясь.
— Порой я боюсь девушек. Вы страшный народец, — догнал я Алёну, поставив машину на сигнализацию.
— Не бойся, мы не кусаемся, мы смертельно жалим. Ясно?
— Конечно, — кивнул я.
Прошли мы немного, прежде чем нам встретилась женщина средних лет с огромной сумкой в руке. Я бы и не заметил её, всё пытался поймать сеть. Из-за проблем с интернетом я беспокоился, что мы нескоро найдём маму, и та успеет уехать. А мне желательно поймать её с поличным.
— Давай спросим дорогу? — подала отличную мысль Алёна, но не учла нюансы.
— Дорогу куда? В степь за грибочками? Мы не знаем, где конкретно остановилась мама. Этот населённый пункт настолько никому не сдался, что даже дома не подписаны нормально. Например: на этом написано, что он тринадцатый, а по картам двадцать шестой. Где логика? — развёл я руки. То что ситуация выходила из под моего контроля, начинало щекотать нервы.
— Не преувеличивай. Сейчас мы конкретно объясним женщине нашу проблему, и она нам поможет, — проявила, смелость Алёна, и догнала селянку.
Мне оставалось идти за ней.
— Здравствуйте, не могли бы вы нам подсказать кое-что? Мы ищем молодую женщину. Она часто приезжает сюда на дорогом автомобиле, не местная, — как могла, пояснила она.