— Алёна я бы хотела обратиться к твоему молодому человеку, — решила зайти издалека мама.
— Официального письма ждёшь? — позабавила меня её просьба. — Ну, обращайся, я то тут при чём.
— Надо поработать над твоим воспитанием доченька, иногда можешь такое сморозить, некрасиво, — сделала мне она…. Замечание? Бред! — Матвей, не могли бы вы сопроводить нас на территорию к моей матери?
— Я похож на человека с ключом от этой крепости? Что за просьбы? — не горел он желанием помогать, и вообще хоть как-то участвовать во всей этой мути.
— Позвоните, пожалуйста, в дверь, мама вас не прогонит, вы уважаемый человек, и она наверняка будет вам рада, — мыслила в правильном направлении она.
— Рада? Мне? Сомневаюсь, — и посмотрел на меня.
— Вы же с Алёной, мама обрадуется, что её внучка нашла такого парня, — с какой-то неохотой мама хвалила его. Почему-то Мацкевич не вызывал у неё симпатии, собственно как и она у него. Взаимная неприязнь.
— Нет мам, это не прокатит. Бабушка пророчила Матвея в мужья Маше, — пояснила я суть.
— Маша? А кто это?
— Ещё одна внучка. Ты же не думала что нас у неё двое. У тебя ведь брат есть, — напомнила я.
— Мой брат сумел обзавестись ребёнком? — настолько была в неведении о происходящем в своей семье мама, что глаза её чуть на лоб от удивления не полезли. — Этот кобель ни одной юбки не пропускал, неужто остепенился?
— Понятия не имею, но живёт он за границей, — объявила я о том, что знала сама.
— Ясно, — с досадой кивнула мама. — И всё же Матвей, помогите нам, не обделяйте родителей своей девушки вниманием.
— Ну, давайте, — и добавил, когда уже направился к калитке, — повеселимся.
Он явно был в курсе того о чём не подозревали мы.
Нажал на звонок. Минуту спустя, высокую глухую калитку нам открыла немолодая женщина в фартуке. А Разина знает толк в извращениях. То есть, живёт по правилам позапрошлого столетия, в доме имеется прислуга. Женщина поинтересовалась, кто мы, и когда Матвей назвал своё полное имя, та непременно предложила пройти в сад, где отдыхала хозяйка с внучкой. Видимо фамилия Матвея универсальный пропуск куда угодно.
Сад у Разиной оказался шикарный. Повсюду росли цветы, которые почти проснулись от зимы, и начинали зеленеть, ровно посажены декоративные кустарники, туи, сам дом обделанный дорогими материалами, а за ним сад с разными фруктовыми деревьями. А в центре как венец, украшала ухоженная и заставленная розами в горшках беседка. В ней находилась сама Разина, попивая чай как истинная аристократка, а рядом внучка Маша, которая слушала её наставления. Картина маслом, уверена, где-нибудь висит что-то похожее.
— Аглая Тимофеевна к вам гости, Матвей Юрьевич и ещё несколько людей, — представила она нас как мебель, словно мы декор.
— Мацкевич? — подскочила как ужаленная Разина. — Где этот мерзавец? Покажи мне Люба, я удушу его. Сам пришёл поганец, и как только совести хватило являться к разъярённой женщине.
И тут я поняла, что у его слов есть двойное дно.
— Дальше вы сами, — сделал он несколько шагов назад, но уходить далеко не собирался. Любопытный, желал увидеть продолжение.
— А ну иди сюда….— замерла как статуя бабушка. Она чуть лбом не столкнулась с собственной дочерью, которую не видела много лет.
— Мамочка, — наворачивались на глаза мамы слёзы. — Привет, это я Инга. Узнала меня?
— Инга? — отмерла Разина. — Ты что здесь делаешь? Кто тебя впустил?
— Ты поменяла место жительства, я и не надеялась тебя отыскать, — пропустила все вопросы Разиной мама. — Твой дом стал выглядеть ещё лучше.
— Тебя это не должно волновать. Ты зачем явилась? Опять деньги трясти с меня? Ещё и этого, притащила, — как на бактерию смотрела Разина на моего отца. То есть на пустое место.
— Не говори так про Андрея, он мой муж.
— Муж, объелся груш. Тебе не надоело жить с этим грузом на шее? Он ведь ничего из себя не представляет, — вопила старушка.
— Не говори так о нём. Я люблю его, — смотрела себе под ноги мама, боясь поднять голову.